«Да. Ты заблудился? Или удалось найти острова?»

«Удалось и не просто острова, Владыка».

Он пытался транслировать мне образы, визуальный сигнал.

Образы с высоты птичьего полёта развернулись в сознании подробной высококачественной видеосъёмкой.

Представший моему взору остров Гбарийского архипелага больше походил на маленький материк, чем на клочок суши среди моря. Плоскогорья, зелёные холмы, немногочисленные леса, парочка деревень и множество пастбищ.

Сейчас дракон летел над большущим плато, невысокой возвышенностью, густо поросшей травами и оттого представляющей собой с точки зрения местных племён — огромное угодие для выпаса скота.

Собственно, насколько я понял из сводок Шпренгера, пастухи — это основное население архипелага, а основа местного сельского хозяйства — это скотоводство.

Плато разлеглось во все стороны, тянулось на десятки миль. Широкие скотогонные тракты пересекали зелёную равнину, а в неглубоких низинах близ ручьёв стояли шатры кочевых племен.

Прибрежные города оставались далеко за горизонтом. Пространство дышало мирной жизнью. Война сюда ещё не добралась.

Дракон снизился и сузил фокус до конкретной точки на центральном плато.

Собственно, это то, что он хотел мне показать.

Алтарь.

Я понял это по взволнованному состоянию ящера. Насколько летающая нежить вообще могла волноваться, просто то, что Костяной ужас нашёл, показалась ему крайне важным.

Божественный энергетический узел маскировался под обычный гранитный валун колоссальных размеров.

Простой смертный или регулярный патруль прошёл бы мимо без малейших подозрений. Обычная здоровенная каменюка, плоская, без мхов и рисунков.

Но магическое чутье высшей нежити действовало безотказно. Он не доверял глазам. Он чувствовал.

Неподалёку от валуна якобы случайно бродил конный отряд.

Кочевникам нет причин держать в одном месте две тысячи вооружённых бойцов. Но они тут были.

Кто хозяин этого алтаря?

Дикаис вмонтировал мне в Рой систему распознавания «свой-чужой», благодаря которой я мог безошибочно определить, что передо мной кто-то из подданных Живых богов, жрец, воин, герой, подопечный. То же самое касалось и алтарей. Если я набреду на алтарь «своих», что крайне маловероятно, уж больно хорошо они их за тысячи лет запрятали, то увижу, что это собственность «союзника» и это нельзя трогать.

Сейчас этого не было, то есть, это не алтарь союзника. Ну, оно и не удивительно.

Тогда чей это алтарь? Тейл? Не похоже. Тот оборонял алтари целой толпой гоблинов с эшелонированной обороной.

Пу-пу-пу.

Полный список пантеона Мёртвых богов это: Тейл — бог моллюск, бог морских тварей и глубин, морских монстров и страхов моряков. Нейгас, покровитель землепашцев, кузнецов и воинов. Озрис — бог плодородия и жертвоприношений. По легенде у него зелёное лицо. Ноокинун — бог дождей, воды, шторма, стихии воды во всех её проявлениях. Этот хмырь отвечает за межмировые порталы. Соббек — бог охоты, выслеживания, следопытов, наблюдения. Нёргал — богиня разрушения, крови и покровитель мёртвых. Элтагон — бог памяти, бог сознания, воли и мысли, бог покровитель логики, но и цинизма, бог, который считает что лучше меньшее зло, бог, который не любит мораль. Он считает, что мораль — это прибежище смертных и глупых. Согласно книге Проппа обожает геометрию.

Есть ещё двое, которые судя по показаниям мертвяков и живых, скрупулезно собираемым и обобщаемым Шпренгером, в Гинн не появились, не возродились, это Целум — бог неба и Теллура — богиня земли, причём они муж и жена. Ну, вроде бы. Может быть, они не стали возвращаться в Гинн, а усвистали куда-то ещё? Кто знает.

В любом случае, из этого списка можно вычеркивать уже троих — Тейла, Соббека и Нёргал.