Помимо продовольствия, Мейнард настоял на покупке целого арсенала сапёрного инструмента: два десятка новеньких, сверкающих сталью кирок, столько же лопат с крепкими черенками, топоры, пилы, мотки верёвки, даже несколько тяжёлых кувалд.

— Война — это не только махание мечами, Ростик, — поучал он меня, деловито проверяя качество стали на очередной лопате. — Это еще и рытьё окопов, строительство укреплений, наведение переправ. Мы должны быть готовы ко всему.

Чтобы увезти все это добро, пришлось купить у знакомых крестьян, с которыми мы уже успели наладить кое-какие контакты, три крепкие телеги, запряженные выносливыми, хоть и не слишком резвыми мулами. Крестьяне, узнав о войне, лишь тяжело вздыхали, но от продажи не отказывались — лишняя монета в хозяйстве никогда не помешает, особенно в такие смутные времена.

Отношения с местным населением у нас складывались на удивление ровно. Мы не грабили, платили честно, да и слава о нашей «газовой атаке» на мосту и разгроме наёмников внушала определенное уважение.

Вернувшись в наш форт, мы застали роту в полном составе. Солдаты, уже прослышавшие о войне, с тревогой и любопытством ждали новостей от командиров.

— Ну что, орлы, — начал я, когда все собрались во дворе казармы, — боюсь, спокойная жизнь для нас закончилась, так толком и не начавшись. Орден официально объявил войну Альянсу Солнечный Чектори. А это значит, что скоро здесь будет жарко. И оно же как главное? Главное, не стать дровишками в этом пламени.

Солдаты слушали молча, их лица были серьёзны. За последние месяцы они повзрослели, превратившись из испуганных новобранцев в закалённых бойцов, и новость о войне, хоть и неприятная, не вызвала паники.

Пока я обрисовывал ситуацию, Мейнард, не теряя времени, уже осматривал купленные телеги и наши отремонтированные скорпионы. В его голове, похоже, зрел очередной инженерный план.

— Эй, Ростик! — позвал он меня. — Помнишь, в той книжке Эрика, по фортификации, был чертёж… колёсная база для перевозки тяжёлых стрелковых установок? Думаю, мы можем приспособить эти телеги. Скорпионы тяжёлые, таскать их на руках по полю боя то ещё удовольствие. А так… будут мобильные огневые точки.

— Тачанка, значит, — хмыкнул я, вспомнив картинки из учебника истории другого мира. — Отличное название. Звучит грозно.

Мейнард непонимающе посмотрел на меня:

— Та-чан-ка? Что это значит?

— Длинная история, — отмахнулся я. — Из другой войны, из другого мира. Главное, я поддерживаю, это должно сработать.

К вечеру вернулся Эрик, как всегда невозмутимый и немного усталый. Он скептически оглядел наши приготовления, особенно «тачанки» Мейнарда, которые тот уже начал мастерить с помощью нескольких толковых солдат.

— Готовитесь к параду победы, я смотрю? — усмехнулся он. — Можете расслабиться, джентльмены. Война, конечно, объявлена, и весьма серьёзная. Дипломатический казус вышел знатный: какой-то из герцогов Альянса то ли увёл любимую лошадь у нашего командора, то ли плюнул ему в суп на приграничном пиру. Детали туманны, но результат налицо. Однако…

Он сделал эффектную паузу, обводя нас взглядом.

— Однако сейчас в горах началось активное таяние снегов. Все дороги, если их можно так назвать, превращаются в непролазные болота. Реки выходят из берегов. Наступает то, что у вас на родине, Ростик, кажется, называют «распутицей». А в распутицу, джентльмены, никто не воюет. По крайней мере, большие армии точно сидят по своим лагерям и ждут, пока земля подсохнет.