— Нет! Не ребенка! О Боже мой, нет! Удивленный звуками ее голоса, мужчина повернул голову и уставился на ее волосы. Судя по выражению его лица, он был ошеломлен, увидев белую женщину. Его задержки оказалось достаточно для нее. Она упала на ребенка, с всхлипыванием произнося слова молитвы. Мужчина убрал свою саблю, глядя на нее сверху вниз, в то время как она сняла подвеску с плеч мертвой сквау. Ребенок колотил по воздуху своими крошечными кулачками. Лоретта прижала его к своей груди и спотыкаясь удалилась.

Спрятать его. Мысль об этом не покидала ее. Она металась между вигвамами, стремясь в лес. Ветки ударяли ее по лицу. Она ныряла в кустарниковые заросли, продираясь сквозь них, накрыв ребенка рукой, чтобы защитить его. Когда она добралась до упавшего дерева, она кинулась в подлесок, выросший позади него. Выглядывая из-за дерева, она удостоверилась в том, что никто не преследует ее. Затем она сунула младенца глубоко в листву, молясь о том, чтобы его крики и плач не привели к нему белых мужчин.

Раздумывать об этом не было времени. Гонимая отчаянием, Лоретта побежала обратно к деревне. Онемевшая от ужаса, она искала хоть каких-нибудь намеков на то, где находятся Эми и Охотник. Тела, повсюду тела. Она обогнула один вигвам и устремилась к вигваму матери Охотника, надеясь, что Эми могла быть там, когда произошло нападение. Когда она бежала через центральную часть деревни, она увидела Много Лошадей, отца Охотника, который бежал, чтобы схватить маленькую девочку, застывшую на месте от страха и звавшую своих родителей.

Как раз в ту минуту, когда Много Лошадей добежал до ребенка, раздался выстрел. На груди старика появилось красное пятно. Он споткнулся, прижимая руку к ране, глядя с непониманием на кровь, струящуюся между пальцами. Затем он рухнул на землю, протянув руку в направлении ребенка, который начал топать ногами от страха. Ее возможный избавитель был мертв, а его убийца снова целился, на этот раз в нее.

Лоретта бросилась вперед наперегонки со смертью к беспомощной маленькой девочке. Ее ум перестал воспринимать происходящее. Это не могло быть реальностью. Ничего из этого не могло происходить в действительности. Охотник, где Охотник? Лоретта подбежала к маленькой девочке и схватила ее на руки.

Бойня. Онемев, потеряв способность соображать, Лоретта прижала плачущую девочку к груди и медленно повернулась кругом, пытаясь отыскать среди тел Охотника, Эми, Девушку Высокой Травы и ее детей. Она услышала слабый стон и поняла, что звуки исходят из ее собственного горла.

Та, Которая Трясется. Сна лежала перед своим вигвамом с деревянной ложкой в одной застывшей руке, с невидящими глазами. Старик. Застрелен в спину. Боров. Он бежал к Лоретте с диким выражением на лице, длинные волосы развевались.

— Toniets! — прорычал он, подбегая к ней. Голос его был едва слышен среди звуков многочисленных выстрелов. — Toniets! Namiso!

Беги быстро! Теперь! Слова запали в мозг Лоретты и застыли там.

— Много Лошадей! Боров, мы не можем оставить его!

— Ein habbe we-ich-ket! — прорычал он. — Ты ищешь смерть! Toniets, беги! Nah-ich-ka, ты слышишь?

Она должна была найти Эми и Охотника.

— Боров, где Охотник? Эми с ним? Я не могу найти их! Я не могу найти их!

— Деревья! Она побежала к деревьям! — Боров указал направление, в котором пошла Эми. — Иди! Namiso, женщина! Охотника здесь нет!

Все еще сжимая ребенка, Лоретта бросилась бежать. Toniets, беги быстро! Namiso, теперь! Два языка смешались у нее в голове, крутясь вихрем. Она больше не сознавала, кто она такая. Она только знала, что должна бежать от ужасных tosi tivo, которые могут убить ее и ребенка, которого она несла на руках.

На полпути к деревьям Лоретту перехватила дрожащая Эми с дикими глазами.