Сердце ее дрогнуло, когда он резко встал и пошел к седельным мешкам, чтобы убрать еду. Через минуту он вернулся с длинной веревкой. Опытными руками он сделал петлю на одном конце со скользящим узлом и надел петлю ей на голову.

Плотно затянув узел на ее шее, он сказал:

— Мы будем гулять.

Лоретта с ужасом посмотрела на поводок.

— Ты не сдаешься так просто, Голубые Глаза. Привязь — это мудрость. Никаких больших драк в кустах, никаких медовых речей, никакой лжи, никаких счастливых ворон и никаких мертвых коней. — Он слегка потянул за веревку. — Keemah, пошли.

Лоретта подумала, задушит ли он ее, если она не тронется с места. Глядя вверх на суровое выражение его лица, она поймала себя на том, что у нее нет мужества выяснить это. Она встала и покорно пошла рядом с ним к кустарникам.

Не считая прогулки в кусты под строгой охраной, Лоретта провела оставшуюся часть дня, сидя в тени дуба под постоянным надзором своего господина. Она переносила все его действия, направленные на устранение последствий солнечных ожогов, с безнадежной пассивностью. Она совершенно перестала думать о возможности побега. Он был неизменно добр, что вместо успокоения увеличивало ее тревогу. Он, должно быть, играет с ней. Она не знала, чего ожидать от него каждую минуту.

Ближе к сумеркам тишина была нарушена топотом копыт. Около дюжины воинов примчались в лагерь и спешились в тучах пыли. Лоретта с безразличием наблюдала за ними. Ее окружало такое большое количество дикарей, что несколькими больше или меньше — не имело никакого значения. Один всадник остался сидеть на лошади. Она внимательнее присмотрелась к нему, затем, вздрогнув, вытянулась в напряжении, сердце ее забилось учащенно. Том Уивер? Она бросила удивленный взгляд в сторону Охотника, подбрасывающего ветки в костер. Ответив на его взгляд взглядом своих непроницаемых глаз, он направился к вновь прибывшим.

В голове Лоретты вертелись тысячи вопросов. Почему Тома не убили? Если другие индейцы держали его в плену все это время, то где он находился? И зачем они привезли его сюда? Чтобы убить? Она сжала колени и ногтями впилась в кожу. Она не сможет вынести, если они начнут пытать его в ее присутствии. В то же время, чем она могла помешать им сделать это? Она даже не смогла спастись сама.

Поговорив с другими индейцами, Охотник взял лошадь Тома за узду и повел лошадь со всадником в свой лагерь. Лоретта пристально смотрела на Тома. Синевато-багровый шрам рассекал его скулу над бородой. Красный след от веревки виднелся на шее. Рубашка была разорвана на плече, края разрыва пропитались кровью. У него был испуганный вид. Он выглядел слабым, дрожащим от страха, и это ей было очень хорошо понятно.

Охотник разрезал путы, связывавшие ноги Тома, и спустил его на землю. Том зашатался и чуть не упал. Охотник поддержал его и направил к костру, где, нажав на плечо, заставил сесть. Том не сводил глаз с Лоретты.

— Ты в порядке, девочка? Они не…

Охотник ударил Тома в нижнюю часть спины внутренней стороной ноги, обутой в мокасин. Том замолчал, его голубые глаза вопросительно смотрели на нее. Лоретта знала, о чем он думает. Она начала было отвечать жестами, но Охотник следил за ней. Зная, что Том предполагает худшее, она опустила голову. Если она рассердит Охотника, он может причинить вред Тому.

— Вы, грязные, скользкие ублюдки! — крикнул Том. Не в состоянии поверить своим ушам, Лоретта посмотрела вверх как раз вовремя, чтобы увидеть сверкнувший металл. Охотник прижал нож к шее Тома и опустился рядом с ним. Слова были излишни. Еще один звук, произнесенный Томом, и Охотник убьет его.

Она поднялась на колени. Звук, произнесенный ею, несмотря на его крайнюю слабость, привлек внимание индейца. Она подняла руки в молчаливой просьбе. В ушах звенело от напряжения. Затем очень медленно и демонстративно Охотник убрал нож от шеи Тома и вложил его в ножны.