Вдалеке послышался вой сирены — это спешила пожарная бригада.

— Берегись! — завопил Карл.

Колин, продолжая держать Джемму, отпрыгнул в сторону и свалил Тома. В тот же миг сук, на котором сидел малыш, с треском отломился и упал на землю.

Когда шум стих, раздался голос Тома:

— Колин, я люблю тебя как сына, но если ты, черт возьми, не слезешь с меня, то раздавишь мне легкие.

— Прости. — Колин скатился с него, и Джемма поднялась на ноги.

Колин сел, с гордостью глядя на нее.

— Вы молодец. У вас хорошее чувство равновесия, и…

— Вот черт! — сказал Том, потому что от лица Джеммы вдруг отхлынула кровь. Она медленно развернулась на пятках и начала оседать. Она упала бы, если бы Том ее не подхватил.

Колин уже в следующую секунду был на ногах.

— Посттравматический шок? — спросил он, отнимая Джемму у Тома.

— Нет, — сказал тот и широко развел руки. На них была кровь.

Том выправил топ девушки из джинсов, чтобы понять, откуда течет кровь. Сук пропорол ей бок.

— Артерии не задеты, но рана глубокая, могут понадобиться швы.

— Позвони Трису, — сказал Колин. — Скажи ему, что я буду у него через десять минут.

Колин с обмякшей Джеммой на руках побежал к джипу. Позади него с телефоном, все еще находящимся в режиме видеосъемки, стоял Карл. Он выключил запись, лишь когда Колин захлопнул дверь джипа и умчался прочь.

Глава 6

Доктор Эдвард Берджесс медленно открыл дверь машины, выставил трость на тротуар и осторожно развернулся, готовясь выйти. Он поморщился от боли, перенеся вес на левую ногу, и, опираясь обеими руками о сиденье, выбрался из машины. Соседка на противоположной стороне улицы подметала веранду. Она прекратила работу, с сочувствием глядя на него, потом приветливо ему помахала, и он поднял немощную руку, отвечая на приветствие.

Тяжело опираясь на палку, он закрыл машину и, ссутулившись, направился к дому. Открывая замок, он держался за косяк, а отворив дверь, снова обернулся и помахал соседке. Как он и предполагал, она провожала его взглядом, дабы убедиться, что он не свалился перед дверью.

Оказавшись внутри, доктор Берджесс запер дверь и на мгновение замер, прижавшись к двери спиной.

— Любопытная старая ведьма, — пробормотал он и сунул трость в высокую урну у двери. В комнату он вошел упругой твердой походкой.

Наклонившись, он закатал штанину и, отстегнув скобу вокруг колена, швырнул ее туда же, куда и трость. Затем, направившись к шкафу у стены, расстегнул рубашку, снял пояс с набивкой, закрепленный на талии, и бросил его на пол.

Сделав два глубоких вдоха, он растер кожу на мускулистом плоском животе и открыл шкаф с напитками. К его удивлению, ведерко со льдом было полное. Положив пару кубиков льда в стакан, он до половины наполнил его скотчем тридцатилетней выдержки, затем обернулся и стал ждать.

Уродливое кресло-качалка, которое было частью меблировки снятого им дома, стояло повернутым к стене — не так, как он его оставил.

— Ты прячешься? — спросил он, сделав глоток.

Кресло развернулось, и его красивая племянница подняла на него глаза.

— Что за сокровища заманили тебя в этот тихий и скучный городок?

— Джин, дорогая, — сказал он, — так ты приветствуешь своего дядюшку?

Она похлопала себя по верхней губе.

— Они твои?

Он отклеил седые усы и положил их на полку шкафа.

— Ты ела? Я мог бы приготовить нам…

— Я знаю, что ты можешь приготовить. Ты меня сам учил, помнишь? Зачем ты здесь?

— Я приехал сюда, чтобы повидать тебя.