— Могу я чем-нибудь помочь? — предложила она с надеждой.

— Это математическая проблема.

Упав духом, Блайт замолчала. Возможно, он заметил это. Несколько минут спустя Джас объяснил:

— Я работаю над доказательством сложной теоремы, она может свестись к задаче, над решением которой математики бьются много лет. Я был бы очень признателен тебе, если бы ты никому об этом не говорила.

— Это секрет?

— Просто я не хочу, чтобы в математических кругах знали, что я попробовал и не смог.

Блайт искоса посмотрела на него, чувствуя, что все это ему неприятно.

— А это так? — сочувственно спросила она.

— Вообще-то я думал, что продвигаюсь в правильном направлении, но сейчас не вижу следующего шага.

— А в чем состоит теорема? — Блайт знала, что он не будет смеяться над ней, не важно, какой она задаст вопрос.

— Математическая аксиома, утверждение.

— Один плюс один равняется два?

— В какой-то мере да. — Он улыбнулся.

— Наверняка твоя теорема слишком сложна, чтобы объяснить ее мне.

— Это потребует много времени, и ты будешь зевать до слез.

Он имел в виду, что она не поймет. Что ж, возможно, он был прав. Отхлынувшая волна оставила у ее ног что-то маленькое и переливающееся. Блайт нагнулась, чтобы поднять красиво закрученную ракушку приятного, слегка отливающего багряным розового оттенка. Восхищенная, она повернулась к нему, протянула ладонь, чтобы он тоже смог полюбоваться на ракушку, и оказалась спиной к воде.

— Берегись. — Джас протянул руку и толкнул ее вперед. Волна все же захлестнула ее колени, и Блайт начала падать прямо на Джаса. Ее руки уперлись в его грудь, девушка еле удержала равновесие.

— Спасибо, хотя ты немного опоздал, — усмехнулась она.

Его руки крепко держали ее еще одно мгновение, но он тут же отпустил ее. Не сказав ни слова, повернулся, чтобы продолжить свой путь.

Блайт озадаченно смотрела ему в спину секунду или две, потом положила в карман ракушку и догнала его, удивленная. И что она такого сделала, чтобы он снова замкнулся? Возможно, она была глупа и беспечна, когда на прошлой прогулке там, на скале, упала в воду. И в этот раз снова забыла об осторожности… Опасаясь, как бы не сделать еще хуже, девушка в молчании последовала за ним. Немного погодя она все же осмелилась посмотреть на него.

Джас обернулся.

— Что?

— Я ничего не сказала, — запротестовала она.

— Ты смотришь так, будто сейчас умрешь.

— Я просто подумала… — Блайт покачала головой.

— О чем?

— Что я раздражаю тебя.

— Ты не раздражаешь меня. Я не очень веселая компания и сам это знаю. Но ничего не могу с собой поделать.

— Я не жалуюсь.

Он внимательно посмотрел на нее.

— У меня такое чувство, что ты вообще редко жалуешься.

— Я всегда считала, что не следует судить о людях по первому впечатлению, — сказала она немного резко.

— Думаю, я должен признать свою вину. Сперва я подумал, что ты еще совсем ребенок.

— Что ж, сейчас ты знаешь, что я взрослая женщина. — Она взглянула на него с вызовом.

Он остановился, и его глаза внезапно блеснули, а лицо стало напряженным.

— А ты думаешь, я не заметил? — спросил он мягко.

Глава четвертая

Блайт пришлось остановиться. Она была застигнута врасплох непонятным блеском его глаз и неожиданно зарделась.