Конечно, ни Зучок, ни Мурашка в ту минуту не думали и не могли подумать, что скоро, очень скоро их мечте суждено сбыться...

На следующее утро Зучок проснулся рано. Когда мама вошла, чтоб разбудить его, она удивилась и обрадовалась: Зучок сидел над раскрытой книжкой.

Проснувшись, он перебрал в памяти все, что случилось вчера и что нужно сделать сегодня. Так, с Мурашкой договорились встретиться после обеда... К старому дубу ходить уже незачем... А до обеда еще целых полдня... И тут Зучок вспомнил, что еще не успел посмотреть книжку, которую бабушка подарила ему перед самым отъездом.

— Читаешь? — спросила мама. — Скоро завтрак.

Зучок, не отрываясь, сказал: «Угу!» и перевернул страницу. «Катится по небу Солнце, бросает охапки золотых лучей на Землю, сыплет горстями лучики, рисует на широких озерах и маленьких лужицах золотые дорожки. Тянутся к солнцу деревья и травинки, подставляют свету ладони и лица большие города и маленькие деревушки. Целый день светит Солнце, щедро рассыпая свое веселое звонкое золото. Но к вечеру кончается его запас. Хоть и велики карманы у Солнца, а все же больше, чем на день, не хватает. И спускается Солнце за синие горы к себе домой, чтобы запастись теплом на завтрашний день.

И тогда из самой глубины Черного Леса выползает, протирая заспанные глаза, Ночь. Наперегонки выбегают на небо, перезваниваясь, синие звезды. Ночь сонно потягивается и, помешав огромной щеткой в ведре с черной краской, принимается красить небо. Торопится Ночь, мажет синее небо черной краской, летят брызги во все стороны, попадают на оконные стекла, и тогда в домах становится темно. Торопится Ночь — небо-то большое, попробуй успей! Мажет кистью, спешит. А когда спешишь — разве это работа? Глядишь, там и сям остаются чистые незакрашенные кусочки неба. Сквозь них и выглядывают звезды. Но тесно звездам — сколько уместится у одного такого окошка? — ну, две-три. И начинают звездочки протирать себе новые окошки, и снова серебряный свет заливает Землю. Злится Ночь, мечется от одного края неба к другому, замазывает чистые места. Да где там. Только в одном месте подмажет, в другом — новые окошки. Злится Ночь, иной раз сшибет подвернувшуюся звездочку, и летит та на Землю. Упадет звездочка в озеро — вода в нем становится голубой-голубой. Упадет в поле — и распустится на том месте синий цветок, что зовется колокольчиком. А если весной упадет звездочка, запомни место — и утром обязательно найдешь голубой подснежник.

Гоняется Ночь за звездами со своей черной кистью, но разве за всеми угонишься? Устанет Ночь за ночь до смерти, еле ноги волочит. И уползает, охая, в самую глубь Черного Леса, бессильно грозя кулаком звездам:

— Вот отдохну, покажу вам!

Просыпается на полянке Утренний Ветер и, пробежавшись по траве, вспрыгивает на верхушку самого высокого дерева. Хватает Ветер белое облако и, обмакнув в чистое лесное озерцо, выжимает, как тряпочку, — и на траву ложится роса. Подтягивается Ветер на цыпочках и принимается мыть небо. Все светлее становится оно, все синее и ярче. Последнее пятнышко стирает Утренний Ветер, и с новым запасом тепла и света на небо выкатывается веселое Солнце.

И снова шагают в школу мальчишки и девчонки. Жужжат над цветами шмели, ручей перекатывает камешки, пробегает по земле тень самолета, что летит высоко-высоко в небе. Кипит и волнуется, спешит и смеется вокруг огромный мир, полный солнца и необыкновенных чудес. Чудо бывает каждую секунду — только захоти увидеть его!»

— Привет, Зучок! — вдруг раздался знакомый голос. Зучок обернулся к окну — на подоконнике сидела, подрагивая голубоватыми крыльями, Стрекоза.

— Здравствуй! — обрадовался Зучок.

— Папа дома? — спросила Стрекоза.

— Дома. А зачем он тебе?

— Письмо ему.

Зучок позвал:

— Папа!

— Папа Жук приоткрыл дверь, спросил:

— Что такое? А, Стрекоза! Я тебе нужен?

— Письмо, — коротко сказала Стрекоза.