– Конечно. Фокс временно отстранен от своих обязанностей с сегодняшнего утра. Ему предоставят адвоката.

– Эта работа – его жизнь, – сказал Купер.

– Если показания верны, он злоупотребил своим положением, – заметила Диана Фрай.

– Оуэн Фокс и Марк Рупер были в том районе в то время, когда убили Дженни Уэстон, – сказал Тэлби. – Они там были.

– Фокс знает район лучше, чем кто бы то ни было, – заметил Хитченс.

– Да, все рассчитывают видеть его там. Может, даже рады его видеть. Смотрителю доверяют, не так ли? – сказала Фрай.

– А Дженни Уэстон убил кто-то, кто подошел к ней близко. С самого начала возникла версия, что этот кто-то – человек, которого она знала или которому доверяла. – Хитченс говорил с таким видом, словно взял след. – Десять лет назад Фокса приговорили условно за нападение на женщину. Если бы его адрес не всплыл в расследовании инспектора Армстронг, никому не пришло бы в голову проверить его прошлое. Невероятно. Каждый раз нас сбивают с толку подобные вещи.

– Его очень высоко ценят, – сказал Купер. – Очень высоко.

– Он никогда не был женат, – продолжил Хитченс. – Он холостяк.

– Он, судя по всему, хорошо ладит со своими коллегами.

– Вы хотите сказать, с другими мужчинами.

– Господи!

– Хватит, Купер, – вмешался Тэлби. – Успокойтесь.

Купер вспыхнул.

– Но Оуэн Фокс…

Тэлби вздохнул.

– Да, Купер?

– Ну… – Купер мучительно подбирал слова под взглядом главного инспектора. – Просто я всегда думал… он на нашей стороне, сэр.

Но тут Купер вспомнил рисунок маленькой Карли, который ему показала Хелен Милнер. «Дет Мароз». Но у этого Деда Мороза были серые брюки.

Во взгляде Тэлби читалась смесь презрения и недоумения.

– На нашей стороне? – переспросил он. – Такого понятия, Купер, не существует.

Бен Купер весь кипел, когда они шли назад по коридору.

– Это бред, Диана! – возмущался он. – Это скандал. Нашли козла отпущения.

– О господи, начинается лекция о добродетели.

Купер почувствовал, что краснеет. Руки дрожали, как всегда бывало, когда его накрывала волна злости. Он знал – его чувствам давно нет места в окостеневших процедурах, утвержденных компьютерными базами наподобие HOLMES.

– Это неправильно.

– Очевидно, тебя просто не устраивает такое положение дел, – заметила Фрай. – Ты знал, что у Фокса судимость за нападение? Нет, разумеется, не знал. Ну Бен, посмотри в лицо фактам. Ты опять выбрал не того друга.

– Только не Оуэн Фокс.

– У тебя есть идеи получше?

Купер уставился на Фрай, начал было говорить, но замолчал. Он почувствовал, что его лицо покраснело еще больше.

– Бен, – сказала она, – у тебя чертовски виноватый вид. Что с тобой?

– Я считаю, что вы все ошибаетесь, – ответил он. – На сей раз вы нашли не того козла отпущения.

Дом Оуэна Фокса был захламленным и теплым. Из задних окон открывался потрясающий вид, и дальние комнаты были залиты светом. Но комнаты в передней части дома, над улицей, постоянно находились в полумраке.

Где-то в доме находилась пара кошек – черные, неуловимые тени, прятавшиеся при появлении полицейских. Они сновали туда-сюда через дыру в задней двери и злобно заглядывали снаружи в окно.