Маргарита не собиралась долго оставаться в обществе Стефана, но, увлекшись разговором, совсем забыла о времени. Казалось, на нее повеяло свежим дыханием молодости, и она словно взглянула на себя со стороны глазами ровесника. Огюстен был всего лишь на семь лет младше короля, но она никогда не думала о его возрасте. Привыкнув к нему, она считала его не старше себя самой, ибо уже выглядела не как юная девушка, но как молодая дама. И вот теперь Стефан Ле Пеллетьер напомнил ей, что такое настоящая молодость, когда все, кому за двадцать пять, кажутся тебе глубокими стариками. Маргарите было забавно вновь окунуться в ту особую приподнятую атмосферу, которую создают вокруг себя энергичные, жизнерадостные молодые люди. Ведь все знакомые и друзья Огюстена, с которыми ей приходилось иметь дело, были почти одного с ним возраста.

Из дальнейшего разговора выяснилось, что маркиз де Луво был его кузеном. Маргарита знала, что Огюстен и его друзья сильно недолюбливали этого могущественного вельможу, но Стефан-то был здесь не при чем. Вполне естественно, что он воспользуется всеми благами такого родства, но в то же время Стефан производил впечатление человека независимого и даже одинокого, не склонного к светскому общению и забавам. Разумеется, он с энтузиазмом относился к охоте и стрельбе, превосходя в своем рвении многих придворных. Что касается Маргариты, то она питала к охоте отвращение и никогда не смогла бы последовать примеру придворных дам, которые часто сопровождали охотников в особых маленьких колясках, рассчитанных на быструю езду, и сами стреляли по бегущей лисе или зайцу. Вид подстреленной птицы, падающей с небес, душераздирающие визги кабана, взятого на рогатину, и ужас загнанной лани вызывали у Маргариты сострадание, ранили ее чувства. Она не осуждала пристрастия Стефана, поскольку охота считалась обычным развлечением знати, но крестьянская кровь в ее жилах восставала против бессмысленного убийства ради удовольствия. Эти люди преследовали и убивали дичь не для пропитания, что было бы оправдано, а подчиняясь дикому, первобытному инстинкту. Чтобы не портить впечатления от приятного общения со Стефаном, Маргарита отбросила прочь даже намек на подозрение, что ее спаситель мог быть по характеру кровожадным и жестоким.

Вероятно, Стефан все же через несколько минут почувствовал, каково было истинное отношение его собеседницы к охоте и потому сменил тему разговора, желая провести в ее компании как можно больше времени. Он выяснил, что Маргарита также увлекалась чтением старинных книг, и они проболтали еще целый час, выпив по второй чашке шоколада.

Наконец, Маргарита решила, что пора заканчивать эту доставившую ей удовольствие, но затянувшуюся встречу. Стефан предложил проводить ее домой, но она вежливо отказалась:

— Мне бы очень не хотелось мешать вам заниматься вашим любимым развлечением.

— Вы позволите мне снова увидеть вас?

— Не здесь. Однако весьма вероятно, что мы увидимся в Версале. Еще раз спасибо за ваш отважный поступок.

— Я буду с нетерпением ждать нашей следующей встречи…

Когда Огюстен вернулся из дальних странствий, Маргарита рассказала ему об этом случае. Он не на шутку встревожился, ведь его возлюбленная была на волоске от гибели, однако по ее настоянию он не стал больше упоминать об этом. Маргарите хотелось побыстрее забыть о пережитом. В то же время Огюстен, втайне от нее, разыскал Стефана Ле Пеллетьера и поблагодарил за быстрые и решительные действия, спасшие жизнь его любовнице. Не было смерти более мучительной, чем смерть от укуса бешеной собаки, и Огюстен это прекрасно понимал. Ле Пеллетьер вел себя весьма учтиво, но все же у Огюстена возникла какая-то подсознательная неприязнь к молодому придворному. Она не имела ничего общего с тем, что между Стефаном и маркизом де Луво существовали родственные связи. Просто сам его вид и манера держаться вызывали у Огюстена раздражение. Тем не менее, он был искренне признателен этому новичку при дворе и доволен, что исполнил свой долг дворянина, сказав ему об этом.