– Где Маша?

– Да там они. Не выходили. Квартиру я не знаю. Что делать будем?

С другой стороны переулка показались Егер и Гризо.

«Ого! Сколько мужчин!» – обрадовалась Анриетта, сразу приободрившись.

Гризо взял командование на себя. Его план был прост.

– Мы должны проникнуть внутрь и установить, в какой квартире находится преступник.

– Как?

– Судя по всему, в доме есть консьерж, – ответил за него Егер и нажал на кнопку звонка.

– Какая квартира? – спросили из-за двери.

– Открывайте, жандармерия.

У консьержа был недоуменный вид. «Нечасто, как видно, сюда приходят жандармы», – заметила про себя Анриетта, протискиваясь вслед за всеми в подъезд.

– Останься здесь, – приказал ей Егер.

Анриетта хотела заспорить, но заглянула ему в глаза и не стала, осталась стоять на улице.

– Час назад сюда вошел мужчина с маленькой девочкой, – обратился Егер к консьержу. – В какую квартиру они пошли?

– Четвертый этаж, прямо.

– Кто хозяин?

– Квартира принадлежит месье Вилару, но живут там другие люди.

– Кто?

– Невеста его сына, мадемуазель Левицкая. Сам месье Андрэ тоже здесь.

На стук никто не ответил, но Егер был уверен, что Анриетта не ошиблась – в квартире кто-то есть.

Он боялся только одного: навредить Маше.

Гризо протиснулся вперед и голосом, не терпящим возражений, негромко произнес:

– Прошу всех оставаться на месте. Работает парижская жандармерия.

Его никто не услышал.

Егер, Анна и Кренин достали оружие.

– Отдай мне пистолет, – шепнул Анне Лазута. – Напугаешь ребенка, да и не с руки тебе будет.

Кивнув, она отдала оружие.

Гризо посмотрел на них и настаивать не стал.

– Придется взламывать, – произнес он и махнул рукой пришедшему с ним жандарму.

– Не надо взламывать, – услышали они вдруг. – Месье Вилар будет недоволен. Возьмите запасной, – дрожащей рукой протягивая ключ, прошептал консьерж, поднимаясь по лестнице.

– Отойдите все! – скомандовал Гризо и первым спустился на пролет вниз.

Лазута стащил за собой Анну и оглянулся на Егера. Тот остался возле двери.

Ключ легко повернулся в замочной скважине. Жандарм толкнул дверь. Та отворилась бесшумно.

Смелый жандарм первым бросился в проем, ворвался в квартиру и ринулся налево, куда заворачивал коридор. Гризо кинулся за подчиненным.

Вбежав следом, Егер и Лазута остановились, оглядываясь, потому что сразу стало ясно: квартира пуста.

Анна вошла и застыла, шаря глазами в поисках следов Маши, а потом вдруг бросилась к дивану и подняла грязную ленточку.

– Она была здесь. Кама, это ее лента.

Егер подошел, но тут из соседней комнаты раздался вскрик, и Кама бросился туда.

В углу кухни жандарм обнаружил тела мужчины и женщины.

– Они мертвы от силы полчаса, – сообщил Гризо, бегло осмотрев трупы.

– Мужчину я знаю, – произнес, подходя, Кренин. – Один из банды Паши Серого. Кличка Красавчик.

– Так и думал, что еще кого-то пошлют на поиски Горовица, – отозвался Лазута.

– А зачем русским бандитам Вольдемар Горовиц? – сразу заинтересовался Гризо.

Лазута и Кренин, переглянувшись, отвернулись.

«Не хотят говорить», – догадался Гризо и, нахмурившись, посмотрел на Егера. Тот пожал плечами.

Лазута склонился над телом Ольги.

– Еще одна знакомая. Прошу любить и жаловать – Ольга Левицкая. Эта штучка хорошо известна нам с начала двадцатых. Наследила не только в Ленинграде, но и в Москве.