— Кенни сказал, что диагноз ясен, — вздохнул Пол.

— Тебе придется принять это, Лина. Жизнь всегда преподносит нам ужасные сюрпризы, причем чаще всего, когда их не ждешь, — поддержала мужа Джулия.

— А где Кенни? — тихо спросила Лина. — Как он?

— Лучше, чем можно было бы ожидать, — сообщил Пол, — не впадает в отчаяние и вообще держится молодцом. Парень, если честно, оказался крепким орешком. Наверное, у него такая вот парадоксальная реакция психики. Кенни ведь только казался равнодушным и независимым, а на деле он очень любил нашу Делли. Да и как ее можно было не любить? Конечно, Кенни мужчина, и он в конце концов взял себя в руки. Да и куда деваться? Ему еще предстоит вынести много ужасных формальностей. У бедного Кенни появилось немало страшных дел… Надо заняться отправкой тела Адель на родину, ну, и прочие формальности уладить. А там… У бедняжки Адели ведь вообще нет родственников. Одна-одинешенька на всем свете. Все печальные и страшные обязанности теперь легли на Кенни… Хотя, по его словам, у них был «гражданский брак», без юридической регистрации.

— Закон парных случаев. Кажется, так это называется? — философски вздохнула Джулия. — После смерти Тони следовало ожидать чего-то в этом роде… Я верю в мистические совпадения. Думаю, они бывают не только в дешевых покет-буках, которые я читаю на пляже.

— Странная у вас, господа англичане, логика, — вздохнула Лина. — Лично я ничего подобного вообще не ожидала. Два покойника на один двухнедельный отпуск… Нет, друзья мои, это уже слишком. Хотя, если вспомнить, то ваш земляк Вильям Шекспир и не такие запутанные истории предлагал на суд публики…

— Ты знаешь, Лина, возможно, мы с Джулией переедем в другой отель, — перебил ее сумбурные излияния Пол. — Сегодня же поговорим об этом с нашим гидом. А ты, Лина? Неужели останешься совсем одна в этом мрачном месте?

— Теперь-то уж обязательно останусь, — пробормотала Лина. — Ни за что не уеду отсюда, пока не докопаюсь до истины. Через несколько дней в «Пальму» прилетает мой муж Петр. Надеюсь, он поможет мне разобраться в этом темном дельце.

— Ну-ну, валяй, раскапывай эту историю, если не лень, — покачал головой Пол, — вы, русские, — такие упрямые! И, кстати сказать, весьма шустрые, хоть и северяне. Вечно шебуршитесь, как какие-нибудь итальянцы. Но, главное, вы совершенно безбашенные ребята. Любите побузить и помитинговать когда надо и не надо. В особенности за границей. Похоже, западных копов вы боитесь меньше, чем своих. Чуть где какая революция бабахнет или стихийное бедствие накатит — вы тут как тут. Явились — не запылились. Первыми мчитесь на демонстрации, вливаетесь в толпы мятежников и бесконечно фоткаетесь на фоне горящих танков. Словно ваша судьба зависит от нового правительства Египта или Турции. И, что удивительно, вы не спешите уезжать из горячих точек, какая бы опасность вам ни грозила. Наши-то все удирают сразу. Цена жизни у нас в британском королевстве намного выше, чем у вас в России, и мы не любим опасные приключения. А вас ну прямо так и тянет влезать в разные заварушки. Поневоле подумаешь, что в России жить страшнее, чем в любом самом удаленном уголке Земли. Подозреваю, что ваши туристы готовы даже с сомалийскими пиратами сфоткаться, если те, конечно, российское круизное судно захватят…

— Нуууу, жизнь вообще жутковатая штука, — согласилась Лина, — однако мы у себя в России давно привыкли относиться к ней фатально и не слишком пугаться разных неприятностей. Как мы говорим, «Волков бояться — в лес не ходить».