Элизабет наклонила голову и пыталась не разрывать свой носовой платок на мелкие части. Она упиралась руками в колени. Это проклятое смущение, которое она, казалось, никогда не одолеет, сдавило ей шею так сильно, что она была не в состоянии отвечать. Она чувствовала на себе жаркие взгляды Лиллебрура. За ужином явно обнаружилось, что он не имел ничего против женитьбы на ней — но Элизабет была так не уверена в нем. Могла ли она на него положиться? Хотела ли она завоевать его любовь настолько, чтобы он постоянно был все время с ней? Или, может быть, он, как и многие другие мужчины, заведет себе любовниц?

Элизабет была не из тех женщин, которые сквозь пальцы смотрят на неверность.

Она напряженно вслушивалась в речь отца братьев. Но он отнюдь не принадлежал к числу сильных личностей. Его слова не имели силы внушения. Они были просто словами.

— Нам следует тщательно распланировать эту женитьбу, чтобы она принесла счастье, — сказал господин Тарк. — Надлежит соблюсти определенный баланс между семьями контрагентов — ты, конечно, это понимаешь. Как тебе известно, мы ведь не отбросы…

Мандруп Свендсен потянулся своими похожими на сосиски пальцами к рюмке и выпил из нее глоток. Элизабет поймала на себе его быстрый, хитрый взгляд, в котором содержалось еще что-то. Был ли это страх? Беспокойство? Или это был лишь оценивающий взгляд?

Тарк продолжал:

— Мы знаем, что твой отец, Ульф Паладин из рода Людей Льда, владеет хорошим имением Элистранд и что его состоянием пренебрегать не стоит.

«Ах, вот как! И откуда им это известно?» — подумала агрессивно настроенная Элизабет.

Госпожа Тарк, как будто почувствовав ее негодование, пришла ему на помощь:

— Дорогое дитя, мы, естественно, не будем утомлять тебя этими нудными разговорами. Мой супруг поедет к твоему отцу и обсудит ваше будущее. Но прежде господа хотели бы уточнить пару моментов.

Она, извиняясь, улыбнулась Элизабет, не во всем согласная с методом продвижения к цели, выбранным мужчинами. После этого она снова передала слово своему мужу.

Арнольд Тарк осторожно сказал:

— Насколько мы понимаем, ты являешься также наследницей Гростенсхольма и Линде-аллее.

— Ну, это не совсем так, — быстро ответила Элизабет. — Они принадлежат другой ветви рода — Линдам из рода Людей Льда.

— Да, но они ведь живут в Швеции, — вставил Лиллебрур, взглянув вопросительно на мать. — Их усадьба — это же охотничий замок в Мёрбю.

— Они ею больше не владеют, — сказала Элизабет, начиная раздражаться их ошеломляющими познаниями. — Граф Йоран Оксенштерн переехал и усадьбу Шенэс в Вингокере, и мой родственник Даниэль тоже уехал туда как его адъютант, взяв с собой семью.

Снова взгляд на мать за одобрением вопроса:

— Но у них же есть собственная усадьба?

— Да, они купили новую усадьбу поблизости от Шенэса.

Госпожа Тарк вновь заговорила, и все инстинктивно прислушались — она действительно была авторитетом.

— Дорогая Элизабет, ты уж прости нас за любопытство, — произнесла она мягким голосом. — Но мы узнали, что твой родственник Даниэль Линд из рода Людей Льда постоянно живет в Швеции.

Быстрое материнское похлопывание по руке Лиллебрура. Он засиял от такого подарка.

— Кто это сказал? — выпалила Элизабет, которая искренне рассердилась и с трудом сдерживала переполнявшее ее возмущение.

— Твоя мать, моя дорогая.

— Мать строит воздушные замки. У Даниэля двое детей — Сельве и Ингела. Не исключено, что кто-то из них заберет себе Гростенсхольм и Линде-аллее.

Мужчины обменялись непонятными для Элизабет взглядами.