Он сказал, что это было нетрудно. Все старые адвокаты и банкиры, помнившие «уродину», уже умерли, и все бумаги давно утеряны. Он просто предъявил им свидетельство о рождении якобы Джонни, и они получили наследство.

— Как видишь, — сказал он, разводя руками. — Они первыми получили все. Может быть, это не было до конца законно, но Джек сказал, что они поступили правильно.

— И ты с этим согласен? — спросила Фил.

— Конечно. Я и сам бы так поступил. — Он нетерпеливо отмахнулся. — Деньги должны были достаться Арчеру, не Франции же!

Брэд вновь начал нервно расхаживать взад-вперед. Собака сидела у двери и ждала команды, но Брэд молчал.

— Они приехали в Париж, — вдруг продолжил он. — Джек сказал, что Арчер был просто пьян своей удачей. Итак, наследство «уродины» было наконец в наших руках. Никто не имел права отнять его у нас. Теперь у нас были деньги на все. На Даймонд-Хед, ранчо.

Джеку тогда было двадцать четыре года, но он знал, что должен получить контроль над ранчо прежде, чем Арчер растратит деньги на игру, женщин и роскошную жизнь, как уже было не раз.

Они сидели в баре «Риц», лили шампанское и поздравляли друг друга, когда Джек заметил роскошно одетую блондинку. Она глядела в их сторону и улыбалась. Она была немолода, но все еще очень привлекательна, и в ней было что-то очень знакомое. Она поймала его взгляд и, оставив свой столик, подошла к ним.

— Вот это сюрприз, — сказала она, целуя Арчера в щеку. Он смотрел на нее с тупым изумлением. Она повернулась к Джеку и сказала: — Последний раз, когда я видела тебя, ты был мокрым, краснолицым ребенком. Должна заметить, ты преуспел с тех пор.

Она поцеловала его и захохотала, закинув голову.

— Ты знаешь, кто я? — спросила она, все еще смеясь. — Я — Шанталь О'Хиггинс, твоя мать.

Джек сказал, что вдруг почувствовал к ней ту же ненависть, что к японцам после бомбежки Пирл-Харбора. Ему внезапно страстно захотелось убить ее здесь же, собственными руками. Он никогда не видел ее раньше, но читал о ней множество грязных сплетен в светских колонках новостей.

Брэд взглянул на Фил и горько сказал:

— Я говорил тебе о том, что мужчины семейства Кейн умеют выбирать себе достойных женщин? Да, Шанталь была первоклассной стервой.

Она рассказала, что приехала во Францию, чтобы потребовать свое имущество в Шаранте.

— Слава Богу, — смеялась она, — немцы очень любят коньяк, и они сохранили все в лучшем виде. К счастью для меня, наши фамильные денежки лежат в швейцарском банке.

Она стояла и смеялась над ними. Потом сказала:

— Я слышала, твоя третья жена оставила твоему сыну миллионы. Кстати, я не сказала вам еще, что встретилась с Джонни. Конечно, он совсем не так красив, как ты, Джек. Но, должна вам сказать, он силен в постели.

Ее насмешливый голос звучал в ушах, когда она повернулась и пошла прочь.

Джек рванулся за ней, но Арчер удержал его.

— Сиди, дурак, — зло сказал он. — Не надо давать ей удовольствия почувствовать, что мы поверили ей.

Но Джек поверил ей. Не похоже было, что Шанталь выдумала историю, чтобы взбесить их. Его проклятый братец жив. И он отымел его мамочку. Он сказал отцу, едва сдерживаясь:

— Когда-нибудь я найду этого подонка Обезьяну.