Джон Хартли, поверенный Милли, приехал из Нью-Йорка два дня спустя. Он был пожилым седовласым человеком, и консультировал Милли в юридических вопросах уже не одно десятилетие.

— Миссис Ренвик последние годы страдала сердечной недостаточностью, — сказал он Би, — поэтому все, что можно было сделать, давно сделано. Она знала, что может умереть в любое время. Но она не отказалась от своих любимых сигарет, хотя знала, что ей это вредно.

Би вспомнила вдруг свою первую встречу с Милли на Пятой Авеню в тот дождливый день: «…Не алкоголь меня доконает, — говорила она, — а эти проклятые сигареты».

— Она написала вам письмо. Оно прибыло ко мне незадолго до ее смерти, — сказал Харли. Он подал ей конверт и, скрестив руки, уселся, терпеливо ожидая, пока Би прочтет его.

«Я знаю, мне недолго осталось жить, вот почему я проживаю остаток дней в удовольствиях, моя девочка. Думаю, я была счастливой женщиной: у меня было все, о чем я мечтала. А потом, как Божий дар, мою жизнь осветило твое появление. Ты была моей внучкой, которой у меня никогда не было, лучшим спутником, с которым жизнь стала интереснее, моим близким другом. Тем, кого я могла любить и баловать. А ты слушала мою бесконечную глупую болтовню и смеялась вместе со мной над моей простоватостью. Ты сделала мой мир гармоничным, я была бы просто одинокой старой женщиной, если бы не было тебя.

Я хотела, чтобы ты вновь обрела себя, пусть даже для этого тебе пришлось бы расстаться со мной. Я бы хотела, конечно, чтобы ты всегда была рядом, но я не так эгоистична, и, когда ты нашла виллу «Мимоза» и ее связь с твоим прошлым, мне стало ясно, как помочь тебе. Когда мои сиротки-племянники объявились и довершили картину, я поняла, что дам тебе будущее, если не могу вернуть тебе прошлое.

Я любила жизнь и наслаждалась ею, моя дорогая Би, поэтому не скорби обо мне слишком долго. Теперь я хочу сделать так, чтобы ты тоже наслаждалась жизнью. Мой поверенный позаботится об этом и уладит дела для тебя.

Твой лучший друг, вторая бабушка, Милли Ренвик».

Би печально взглянула на адвоката.

— Она была такой хорошей, — сказала она. — Настоящим другом.

— Да, она была прекрасной женщиной, — согласился Хартли. — Многие судили только по ее легкомысленной внешности. И никто не знал, как много добра она сделала — и все анонимно. А теперь, мисс Френч, позвольте огласить новое завещание миссис Ренвик.

Он откашлялся и взглянул на нее поверх очков:

— Миссис Ренвик хочет, чтобы вилла «Мимоза» была вашей. Она не оставила вам ее по завещанию, потому что приобрела ее уже на ваше имя. Она с самого начала дала понять, что хочет, чтобы этот дом был вашим и только вашим. Она сказала, что надеется, что этот дом принесет вам счастье.

Глаза Би расширились от изумления.

— Кроме того, миссис Ренвик оставляет вам сумму в пять миллионов долларов, потому что, как она сказала, хочет дать вам будущее, если уж у вас не было прошлого.

— Пять миллионов долларов…

— Да, именно. Но при одном условии: миссис Ренвик желает, чтобы вы приняли на себя ответственность за детей. Она просит, чтобы вы вырастили их так, словно они — ваши собственные. Миссис Ренвик тем самым пыталась показать, что у вас есть будущее. У вас будет дом, семья и достаточно денег, чтобы обеспечить образ жизни, к которому вы привыкли. Далее, помимо разнообразных пожертвований университетам, госпиталям и в различные фонды и завещания драгоценностей вам и доктору Форстер, двести пятьдесят миллионов долларов будет положено на счет детей.