— Мой дом стоит на этой улице, — сказала Барбара. — Ничего, если я высажу тебя прямо здесь? — Барбара неожиданно показалась Тому какой-то потерянной и неуверенной в себе. — Я знаю, как ты занят, но, может быть, как-нибудь вечером ты зайдешь ко мне пообедать? Я люблю готовить на двоих, а твое общество очень нравится мне, Том Пасмор.

 — С удовольствием, — сказал Том.

 — Может быть, я смогу рассказать тебе о чем-нибудь еще из того, что случилось в то лето, когда умерла Джанин. Естественно, оставаясь в рамках лояльности по отношению к твоему дедушке. Не стоит забывать: все, что он сделал, было сделано ради твоей матери.

 — Назначьте только день, — сказал Том. Барбара коснулась его руки.

 — Так твоя мать рассказывала тебе, что видела человека, бегущего в лес?

 — Наверное, это был Антон Гетц. Это просто не мог быть никто другой.

 — Это мог быть кто угодно, только не Антон Гетц. Гетц ходил с тростью и сильно хромал. Это была очень романтическая хромота. Антон Гетц ходил очень медленно. Глория могла вообще не видеть ничего такого — у нее было очень живое воображение, и она часто путала вымысел с реальностью.

 — Я знаю это, — сказал Том, выходя из машины.

 37

 Когда спустя час Том шел по шоссе в обратном направлении, возле него остановился черный «линкольн». Задняя дверь машины открылась, и оттуда вышли двое парней в серых костюмах и темных очках. Один из них был слишком толст, чтобы застегнуть пиджак, а другой, напротив, тощ, как борзая. У обоих были длинные бакенбарды и зачесанные назад, на манер Элвиса Пресли, волосы. Джерри Хазек, тоже в сером костюме, но без очков, вылез из передней дверцы и печально посмотрел на Тома поверх машины.

 — Мы подвезем тебя, — сказал он. — Давай, садись в машину.

 — Я лучше пройдусь пешком, — Том затравленно оглянулся по сторонам.

 — О, не надо, — настаивал на своем Джерри. — Что тебе это даст? Лучше полезай в машину.

 Двое других стали приближаться к Тому.

 — Нэппи и Робби, — сказал он. — «Уличные мальчишки».

 Робби вынул руки из карманов и взглянул на своего товарища, который хмуро смотрел на Тома. Бакенбарды Нэппи росли почти до самого подбородка.

 — Я помню тебя, — сказал Нэппи.

 — Сажайте его в машину, — велел Джерри. — Мы и так уже долго с ним возимся. Том, будь благоразумен. Мы не хотим причинять тебе вред. Просто нам велели привезти тебя обратно.

 — Кто велел?

 — Кто-то, кто хочет поговорить с тобой.

 — Так что полезай в машину, — произнес Нэппи низким сдавленным голосом, словно кто-то наступил ему на горло.

 Том прошел мимо Нэппи и Робби и открыл переднюю дверцу. Все трое телохранителей смотрели, как он залезает внутрь. Затем они тоже сели в машину.

 — О'кей, — вздохнул Нэппи. Сидя на заднем сиденье машины, он выглядел как огромная жаба.

 — О'кей, — повторил Робби. — О'кей, о'кей, о'кей. Джерри завел мотор, и машина поехала в сторону озера. Нэппи наклонился к Тому.

 — А что это ты там болтал про «уличных мальчишек», а? Откуда ты этого набрался?

 — Сиди тихо, хорошо, — сказал ему Джерри.