— Не может подойти? Что это значит?

 — Мистеру Апшоу пришлось неожиданно уехать, маета Том. И я не могу сказать вам, когда он вернется.

 — Его экипажа нет на месте?

 — Думаю, нет, — ответил Кингзли после паузы.

 — Может быть, он отправился к моей матери? — предположил Том.

 — Он всегда предупреждает нас, когда не обедает дома, — сказал Кингзли. И голос, и слова дворецкого показались Тому еще более жесткими, чем обычно.

 Несколько секунд оба молчали.

 — Его действительно нет дома, Кингзли? — произнес наконец Том. — Или дедушка просто не может подойти?

 Снова последовала пауза, затем дворецкий сказал:

 — Все обстоит именно так, как я сообщил вам, маета Том.

 — Хорошо. Передайте дедушке, что мне надо поговорить с ним, — сказал Том и положил трубку.

* * *

 Бесконечный день перешел в бесконечный вечер. Том вдруг понял, что голоден, и никак не мог вспомнить, ел ли он сегодня ленч. Он не мог вспомнить, ел ли он вообще сегодня что-нибудь.

 Том прошел в кухню и открыл холодильник. Еда, купленная Барбарой Дин, была по-прежнему на месте.

 «Что ж, однажды я уже ел ее пищу, — подумал Том. — И она не убила меня».

 Том взбил в миске два яйца, намазал маслом два куска белого хлеба, затем отрезал несколько кусочков чесночной колбаски и положил их в сковородку вместе с жарящимся омлетом. Завернув концы загустевшей яичной смеси и кусков колбаски, он опрокинул омлет на тарелку. Том поел прямо в кухне, затем положил в раковину сковородку, миску, тарелку и вилку с ножом и включил горячую воду.

 Выглянув в окно, Том заметил, что, хотя озеро по-прежнему залито солнечным светом, тень от дома падает теперь на купальню почти до самого пирса.

 Задернув шторы в гостиной, он прошел к письменному столу и позвонил в полицейский участок.

 — Шеф Трухарт еще не вернулся? — спросил он.

 — Это мистер Марлоу? — ответил вопросом на вопрос Спайчалла. — Откуда вы звоните, мистер Марлоу?

 Том повесил трубку и позвонил матери. Нет, отец не приезжал сегодня ее проведать. Нет, она не знает, где он может быть. Дедушка очень занят делами Клуба основателей, и она не видела его уже несколько дней. Виктора нет в городе — он поехал в Алабаму по делам Редвингов.

 — Ты развлекаешься с друзьями, Том?

 — Да, целыми днями, — ответил он.

 Том сидел за столом, глядя в окно, как тень дома постепенно покрывает пирс. В озере едва слышно плескалась рыба. Воздух был серым. Внутри было темно, почти как ночью.

 Когда небо начало темнеть, Том надел свитер, вышел из дома и запер дверь на ключ. В озере отражались освещенные окна Лангенхаймов. Под лучами поднимающейся в небе луны Том обогнул озеро и пробрался к дому Леймона фон Хайлица. Пройдя между деревьями, он очутился на песчаном берегу озера. Заброшенное жилище мистера Тени напоминало дом с привидениями. Том вскочил на шаткие доски купальни и, пройдя на пирс, присел на холодное дерево и стал смотреть на освещенные окна клуба.

 Редвинги и их гости сидели за столом в глубине террасы. Том видел спины людей, сидящих спиной к окну, — Сары Спенс, Бадди, Фрица и Элеонор Редвинг. Напротив сидели мать Сары, отец Фрица и Катинка Редвинг. Тому видны были только их головы. Ральф Редвинг и Билл Спенс сидели с торцов стола. Марчелло раздавал всем огромные листы меню. Подойдя к Катинке Редвинг, он что-то шепнул ей на ухо, и лицо ее расплылось в улыбке.