— Итак, вы хотите, чтобы я отправил для вас кое-какие письма? — Андрес подошел к столу, за которым фон Хайлиц как раз наклеивал принесенные им марки.

 Фон Хайлиц протянул ему красный, серый и два белых конверта.

 — Вот то, что ты должен отправить, Андрес, — все эти конверты надо опустить до десяти часов в разных частях острова. Один опусти возле почты на Набережной вязов, второй где-нибудь здесь, третий на Тертл-бей и еще один — в Милл Ки.

 Нарисовав в воздухе пальцем карту, Андрес кивнул и положил конверты в нагрудный карман своей видавшей виды куртки. Фон Хайлиц дал ему вторую стопку конвертов.

 — А это отправь после десяти утра завтра в тех же местах. Хорошо?

 — Конечно, хорошо, — сказал Андрес, засовывая вторую пачку в левый карман. Потом он застегнул правый карман на кнопку и сказал:

 — Эти должны прийти по адресу завтра утром, а те, что в левом, — завтра вечером. С разных концов острова. Очень просто.

 Наклонившись, он заглянул в пакеты, которые принесли Том и фон Хайлиц из магазина.

 — Мне позвонить вам, когда все будет сделано? Похоже, вы никуда не собираетесь.

 — Позвони около часу дня, — сказал фон Хайлиц. — Нам надо будет кое-куда съездить. — Он встал, чтобы проводить Андреса.

 У самых дверей фон Хайлиц засунул руку в карман, и оттуда перекочевала в руку Андреса сложенная банкнота. Андрес вдруг хлопнул себя по лбу, пробормотал что-то и достал из левого нижнего кармана книжку в мягкой обложке. Он передал ее фон Хайлицу, который засунул книжку в карман пиджака. Вернувшись в комнату, он склонился над пакетом из магазина и вынул оттуда небольшой блестящий синим и золотым мешочек.

 — А что мы будем делать теперь? — спросил Том.

 Фон Хайлиц надорвал мешочек и протянул его Тому.

 — Бери чипсы, — сказал он.

 Том достал из мешочка хрустящий кусочек. Старик положил чипсы на стол и подошел к окну.

 — Мужчине, который наблюдал за входом в отель, было лет пятьдесят? Черные редеющие волосы, небольшое брюшко, черные ботинки, коричневые слаксы, белая рубашка и темные очки?

 — Да, это он, — Том почти вскочил со стула, чтобы снова взглянуть в окно.

 Очень толстая женщина прошла мимо ломбарда, неся на голове таз с выстиранным бельем.

 — Что ж, его уже нет, — произнес фон Хайлиц. Том удивленно посмотрел на старика. Вблизи от него исходил запах мыла и какой-то другой, его собственный запах, напоминавший аромат только что разрезанного яблока. Морщинки в уголках его глаз казались еще глубже, чем раньше.

 — Я видел этого человека перед отелем сегодня утром, — пояснил фон Хайлиц, отходя от окна. — Возможно, это ничего не значит. В «Сент Алвине» живут около двухсот человек, и почти все они заслуживают того, чтобы за ними следили. — Он снова подошел к столу, держась рукой за свой острый подбородок, словно ребенок, который держит в руке стаканчик мороженого. — И все же ближайшие два дня нам лучше входить и выходить через «Пещеру Синбада».

 Он сел на стул и положил одну руку на телефон, по-прежнему сжимая рукой подбородок.

 — Хмммм, — сказал он, подняв глаза, и отпустил подбородок, чтоб набрать пальцем номер.

 — Здравствуйте, — сказал он в трубку. — Я хотел бы поговорить с мистером Томасом. Алло. Мистер Томас? Это мистер Купер из центрального почтового управления. Я отвечаю за работу почты в вашем районе. Хотел осведомиться, довольны ли обслуживанием вы и ваши клиенты из Клуба основателей.