– Нет? – Он взглянул на нее.

– Нет, – твердо ответила она.

– Тогда что это была за ночь?

– Это была ночь секса. – Она высвободилась из его объятий и отступила.

У него раздулись ноздри.

– Верно. – И в одном этом слове прозвучали и неверие, и сарказм.

– Что ты здесь делаешь? – спросила Джил.

Он схватил ее за плечи, чтобы заглянуть в глаза.

– Вчера я сказал тебе, что сегодня мы поговорим. Слава Богу, что я приехал. Ты ведь не собиралась мне звонить?

– Нет.

– Может, ты и права, что не позвонила в полицию, но мне ты должна была позвонить.

И в этот момент она поняла, что часть ее существа рада его приезду, так же, как была рада, когда он приехал в ночь убийства леди Э.

– Мне страшно, – вырвалось у нее.

– Знаю. – Алекс коснулся ее лица. – Доверься мне. Я не позволю, чтобы с тобой что нибудь случилось.

Джил закрыла глаза. Ей нужна была его сила, но она не Хотела нуждаться в нем. Особенно потому, что это могло оказаться иллюзией.

– Алекс, я в полной растерянности, – прошептала она.

– Конечно. – Он снова обнял ее и притянул к себе. – Обещай мне, Джил, что если с тобой когда нибудь случится что то подобное, я узнаю об этом первым.

– Хорошо, – почти не думая, согласилась она и прижалась щекой к его груди. Разве это так плохо – найти утешение в объятиях Алекса? Даже если совсем ненадолго?

Он погладил ее по голове.

– Как мне убедить тебя отказаться от подозрений насчет Эдварда?

– Я должна узнать, кто убил Кейт.

– Разумеется, должна. Я тоже хочу это узнать. Но только не надо, чтобы об этом знала моя семья. И газеты. Ты на грани срыва, Джил. По моему, тебе надо сходить к врачу.

– Я подумаю об этом. – И она отважилась взглянуть ему в глаза, дрожа – но не от страха.

– Хорошо. – Алекс не отпускал ее взгляда. – Ты такая красивая, – прошептал он.

Сердце Джил замерло. Она узнала этот взгляд Алекса.

Но что хуже всего, она узнала реакцию своего тела, трепет желания. «Это может оказаться огромной ошибкой», – подумала Джил. Но несмотря на страхи, сомнения и подозрения, ее безумно влекло к нему, настолько, что она могла забыть об осторожности. Джил вынуждена продолжить то, что они начали в Стэнсморе. Что, если она все таки может ему доверять? Что, если для них это – начало? Она никогда не узнает, если не рискнет.

Ее руки обвились вокруг его талии.

Он поцеловал Джил, взяв ее лицо в ладони. Она почти забыла, насколько восхитительны его поцелуи. Почти, но не совсем.

Его поцелуй стал настойчивее. Только его губы и ее, его тело и ее.

Она не двигалась, потому что не могла. Прошла вечность.

Ее рука скользнула вверх, она запустила пальцы в его волосы. Джил знала, где хочет оказаться. В его постели, под ним, ноги раскинуты, и он внутри ее, глубоко.

Она никого и никогда так не хотела.

Алекс. Высокий, стройный, темноволосый, в кашемировом свитере и потертых джинсах.

Его губы и язык становились все настойчивее, бедром он раздвинул ей ноги.

Руки Джил переместились ему на плечи, но не для того, чтобы оттолкнуть. Обнять крепче.

Он оторвался от нее.

– Господи!

– Пойдем наверх, – хрипло сказала Джил. – И тогда мы позаботимся о завтрашнем дне.

Джил проснулась одна.

Ее маленький будильник пропищал настойчиво, раздражающе. Она хотела было опять провалиться в сон, настолько была истощена, но воспоминание о ласках Алекса заставило ее моментально прийти в себя. Джил не двигалась, вспоминая прикосновения его рук, вкус губ, языка, мощное, всепоглощающее ощущение, когда он находился в ней, то, как он наклонялся между ее ног и лизал ее так, что она едва не лишалась чувств.