Лена быстро огляделась. Кроме нее, на площадке перед парком никого не было. Значит, гармонист обратился к ней?

— Мы здесь недавно, — поспешно ответила она.

Гармонист удовлетворенно кивнул:

— Ты хорошо слушаешь. Редко кто так хорошо слушает.

Приятно было это слышать, но что за заслуга — хорошо слушать музыку. И разве можно слушать музыку плохо?

А гармонист словно увидел ее размышления и пояснил:

— Музыку надо уметь слушать. Не просто вполуха, а так, чтобы до сердца она доходила. Даже не слышать, а видеть ее надо.

Лена мало что поняла из его объяснения, но задумалась: как это не слышать, а видеть музыку? И как слепой гармонист видит ее?

— Отца на восстановление завода прислали? — перешел гармонист к обычным расспросам.

— Нет. Я с мамой и с сестренкой приехала. А папа погиб. Нам его медаль передали. Вот такую же, как у вас.

Гармонист бережно дотронулся ладонью до медали и сказал:

— Кровью эти медали даются, болью. А иногда и смертью. Ты медаль отцовскую пуще всех сокровищ на свете береги.

— Берегу, — ответила Лена и хотела что-то еще сказать гармонисту, но в это время у соседних развалин послышался шум драки и громкие возмущенные крики девчонки.

И Лена, и гармонист повернулись на шум.

— Оставьте вы его в покое! — кричала девчонка. — Он вас не трогает!

— Нюня! — наперебой кричали кому-то мальчишки. — Трус! Ну, дай сдачи, дай! Папочке пожалуйся!

Гармонист покачал головой и встревоженно сказал:

— Опять художника обижают!

— Художника? Артура?

— Ну да. Славный малец, рисует хорошо и музыку слушать умеет. Вежливый такой, только безответный. Колотят его мальчишки. Мне бы глаза да силу, я бы его драться научил.

Но Лена уже не слушала его. Она бежала на выручку к Артуру.

Возле развалин дома, на битом щебне, мальчишки постарше толкали Артура, словно мячик друг другу перебрасывали, а между ними металась девчонка и кричала, чтобы Артура не били. Фанерка с разорванным надвое листом бумаги валялась в стороне.

— Эй, вы! — закричала Лена. — Перестаньте! Я сейчас на помощь позову!

Драчуны с любопытством уставились на нее, а один, наверное, заводила, рассмеялся:

— Еще одна защитница выискалась!

— Папа! — вдруг закричала Лена. — Папа! Здесь мальчика бьют!

Мальчишки переглянулись и бросились врассыпную. А Лена ошеломленно замолчала. Почему она позвала отца? Хотя что странного? Был бы папа жив, он бы Артура в обиду не дал.

— Испугались, — улыбнулась незнакомая девчонка. — Ты молодец! Ты, правда, с отцом?

Артур отряхивал рубашку:

— Нет у нее отца. На фронте погиб.

— Так вы знакомы? — удивилась девочка.

— Да. Это Лена из четвертой квартиры.

— Здравствуй, — приветливо кивнула Лене девочка. — Меня Вероникой зовут. Я в последнем подъезде живу.

— Она со мной в одном классе учится, — объяснил Артур Лене. — Ну, и с тобой будет учиться.

— Что-то я тебя во дворе ни разу не видела, — сказала Вероника. — Прячешься, что ли?

— Просто не знаю никого.

— Ну, теперь нас с Артуром знаешь. Больше не будешь прятаться?

— Нет, — засмеялась Лена. — Не буду.

— Куда ты шла? — спросил Артур.

— Тебя искала. Думала, ты в парке.

— А я развалины нарисовать хотел.