|
То обстоятельство, что вещи были в вокзальной камере хранения, подтвердило предположение Оксфорда.
Оставшись наедине с мужем, Цинтия сообщила ему, что прежде чем ее обыскали, она успела засунуть под подушку дивана свой револьвер.
— Он на борту яхты, — добавила она.
— Конечно, он здесь, — раздраженно ответил Артур. — Иначе зачем им захватывать нас? Я сразу понял, что не следовало подниматься на яхту. Мы попали в ловушку.
Но Цинтия не стала слушать его упреки. Все ее внимание было поглощено тайной появления здесь Пенелопы, которую она считала погибшей.
— Что она здесь делает? — спросил Артур, как будто прочтя мысли жены.
— Только небу это известно. Очевидно, трагическое совпадение.
Артур нервно покручивал свои усики.
— Ты полагаешь, ей все известно?
— Я думаю, они случайно подобрали ее в море. Но какое идиотское совпадение!
— Должно быть, и Бобби Миллс тоже здесь, — задумчиво сказала Цинтия.
— А кто мог бы быть этот толстяк?
Артур взглянул на нее.
— Уж не окажется ли здесь и Холлин? Ты помнишь, что говорили о нем в Лондоне? Если это правда…
— Я тоже подумала об этом, — ответила Цинтия. — Но, если Холлин таков, каким нам его представляли, то все еще может обернуться для нас как нельзя лучше…
И, вынув из-под дивана револьвер, Цинтия поспешила спрятать его в карман, пришитый в нижней юбке.
Глава 13
Холлин развлекся на полную катушку. С самого утра ему повезло, когда он, болтаясь по яхте, набрел в каюте Оксфорда на его бумажник. Пока Оксфорд провожал отплывавших на берег Пенелопу и Джона, Холлин успел исследовать содержимое бумажника и облегчить его на двадцать пять фунтов. Потом он выбрался на палубу и… через некоторое время уже был на суше, где обменял деньги на испанскую валюту и принялся разыгрывать из себя большого барина.
К двум часам дня он был уже совершенно пьян и спал прямо в маленьком трактирчике. Владелец трактира был весьма рад этому обстоятельству и предвкушал барыши от вечернего кутежа.
Под вечер Холлин проснулся от отчаянной жажды. Бутылка белого вина настроила его на должный лад, и он пустился в дальнейшие странствования.
И тут к нему присоединился какой-то проводник, один из тех, кто бродит по порту в поисках иностранцев.
— Отлично! — важно заявил Холлин. — Покажите мне достопримечательности города. У меня много денег, и я хочу побывать там, где водится вино и девочки. Я всегда любил женщин.
Проводник отвел его в заведение, где мужчины бренчали на гитарах, а обнаженные девицы танцевали на эстраде. Холлин нагромоздил на столе перед тобой целые баррикады из бутылок с дешевым виски и скверным шампанским, посадил к себе на колени одну из девиц, после чего затянул во всю глотку сентиментальную песенку.
Внезапно к его столу подошел какой-то мужчина, по виду — тоже иностранец.
— Вы англичанин? — спросил незнакомец, усаживаясь за стол.
— Да. Если вас это интересует, могу сказать, что я родился в Австралии. Выпьете со мной?
Незнакомец налил себе в стакан виски, старательно разбавив его водой.
— Как зовут ваше судно? — продолжал допытываться он.
— Судно? — удивился Холлин.
— Ну, конечно. Ведь вы моряк? Только моряки попадают в Виго.
— Да, я моряк.
Холлин опорожнил очередной стакан.
— Я моряк, но и пассажир. А вы кто такой? — внезапно спросил он.
— Я путешественник.
— В таком случае путешествуйте дальше без меня, — сказал внезапно насторожившийся Холлин. |