А затем он наконец потянулся поцеловать меня, и я забыла обо всем на свете. Я словно плыла по бесконечной реке. Мы отстранились, чтобы отдышаться, и он поднял мой подбородок и нежно поцеловал меня в лоб.

— Спокойной ночи, — мягко сказал Хадсон и повернулся, на этот раз спиной к стене, оставив меня лежать без капли сна, с пульсацией во всем теле и мыслями о том, что я опять все испортила.

Тяни-толкай.

* * *

Я проснулась от вибрации мобильного телефона, ползущего по столику, словно гигантский таракан.

Звонил Лайл, и «недовольный» было бы слишком мягким словом для попыток описать его состояние. Я не позвонила ему, хоть и обещала.

— Подожди, — прошептала я, закрывая пальцем крошечный динамик, чтобы не разбудить Хадсона, который спал как бревно, все так же развернувшись ко мне. Я обернулась одеялом и устроилась в углу комнаты, подтянув колени к груди. В паре дюймов от меня по стене прополз настоящий паук. Но в тот момент Лайл казался страшнее.

Как только он закончил меня отчитывать, я извинилась, поворчала на приезд Хадсона, пожаловалась на мрачные привычки четы Куган, на уверенность Аманды в том, что парня Дженнифер убил тот же маньяк, на испоганенный мемориал Дженнифер, на Хоббита и Великана в качестве возможных подозреваемых и на таинственную связь этой парочки с Джеком, который напился у меня в доме. В бледных лучах рассвета, пробиравшихся в комнату сквозь грязное окно с видом на парковку, все рассказанное казалось абсурдным.

— Я должен сказать тебе кое-что по поводу Джека Смита, — произнес Лайл, когда я закончила. — Мой друг из «Техас Мансли» вернулся. Он никогда не слышал о Джеке Смите, поэтому начал копать. Наш практикант из службы техподдержки за взятку займется голосовой почтой и имейлами для Смита. Парень из Принстона. Что-то да значит.

Принстон. Предполагаемая альма-матер Джека.

— Томми, держись подальше от этого парня. И серьезно подумай насчет того, чтобы взять Сэди и Мэдди и уехать куда-нибудь. Следующим шагом должно стать обращение в полицию.

— Я поговорю с Хадсоном, — уклончиво отозвалась я.

— Хорошо. И еще одно. Ты не читала о Барбаре Монро?

Я сонно покопалась в памяти. Барбара Монро, в девичестве Барбара Турман, звезда журналистики. Казалось, прошли годы с тех пор, как я говорила с ней о похищении Адрианы.

— Кто-то вломился в ее дом. «Чикаго Трибьюн» сегодня утром выдала об этом статью.

— Что случилось?

— На домашней странице «Трибьюн» ей отведена центральная полоса. Могли бы обойтись краткой сводкой, но спасенный пес откусил кусок от нападавшего и стал героем дня. Читатели обожают такие вещи. — Последние слова прозвучали почти с раздражением.

— Лайл, давай я тебе перезвоню. Нет, правда, обещаю. — Я отключилась раньше, чем он смог снова на меня заорать.

Ноутбук остался в рюкзаке. Я вытащила его, открыла, села, скрестив ноги на кровати, а живой дышащий холмик под одеялом даже не шелохнулся. Беспроводной Интернет сработал сразу — истинное чудо, дарованное мотелем «Чарльз Уэсли», что через дорогу.

СПАСЕННАЯ СОБАКА СПАСАЕТ В ОТВЕТ, кричал заголовок, а под ним улыбался знакомый черный пес в широком белом ошейнике и со свежей нашлепкой пластыря на глазу. Статья, опубликованная два часа и тридцать три минуты назад, уже набрала четыреста тысяч триста сорок два посещения.

Фотограф «Трибьюн» героически старался показать Крикета с лучшей стороны, без парши и струпьев. Позавчера ночью мужчина в глухой лыжной маске пробрался в дом Монро, явно ожидая, что там никого не будет. Но одна из дочерей Барбары осталась дома. Она услышала шум и вышла из спальни, где выполняла домашнее задание.