Однорукого мужчину я точно могла победить. Сумочка стояла на земле возле моих ног. В переднем ее кармашке лежал — скорее всего, давно просроченный — перцовый баллончик. Папин разряженный пистолет остался на ранчо. Верный сорок пятый был на своем месте, под сиденьем пикапа.

И куда, черт его побери, подевался швейцар? Другая сторона улицы опустела. Пора сматываться.

— Расслабься, — сказал Джек. — Что с тобой не так?

— Что ты здесь делаешь? — рыкнула я, сбрасывая его руку.

— Издеваешься? Я здесь живу. — Он небрежно указал рукой на ту сторону улицы. — Ты ведь пришла сюда после моего приглашения поговорить?

Я проследила за направлением его пальца.

— Сообщение у тебя на телефоне, — нетерпеливо повторил он.

Ох, черт!

«У Этты Плейс». Название, почти неразличимое отсюда, было выведено золотыми буквами на старомодной дощечке над дверью. Я в последние пятнадцать минут слишком глубоко ушла в свои мысли, ухитрившись не заметить отель. Словно сама Этта тянула за ниточки, и, кажется, не в мою пользу.

— Давай поднимемся ко мне в номер, — сказал он, вставая. — Поговорим наедине.

— Ты же не всерьез?

— А жизнь тебя побила, правда, Томми? Но я просто хочу помочь. Так что не волнуйся.

— Да неужели? — саркастично спросила я, скользя взглядом по его джинсам. Бугра нет ни возле пояса, ни на лодыжке. Мокасины. На босу ногу. Видна граница загара, которая остается только от низких носков, как у бегунов или моряков.

Он наклонился ближе, открыв мне прекрасный вид на коллекцию синяков и ссадин.

— Я врал тебе, признаюсь, — сказал он, — насчет статьи, над которой работаю. Мне на самом деле плевать на лошадей.

Я неуклюже поднялась.

— На этой ноте нам пора прощаться, Джек Смит.

Я успела сделать три шага прочь, и он заговорил снова. Слишком спокойным, небрежным тоном, от которого меня пробрала дрожь.

— Очень жаль, Томми. Я мог бы рассказать тебе пару вещей о твоей матери. Ингрид. Хоть это и не настоящее ее имя.

— Что ты сказал?

Он либо игнорировал меня, либо не слышал, быстро шагая прочь и уже добравшись до края тротуара перед входом в гостиницу.

Он хотел, чтобы я за ним гналась.

Ладно, Джек Смит.

Поиграем в догонялки.

Я оказалась у входа секунд через десять после того, как он исчез внутри. Швейцар тут же распахнул передо мной дверь, взглядом прикипев к моей заднице.

— Пятьсот баксов в час, — рыкнула я. Выражение его лица потянуло примерно на столько же.

* * *

Джек открыл дверь номера с милым названием «Чердачок Этты», как только я собралась постучать во второй раз. Ему наверняка пришлось перепрыгивать через две ступеньки, чтобы опередить лифт, на котором я поднималась.

— Добро пожаловать в мой люкс для новобрачных.

«Чердачок Этты» располагался на четвертом этаже возле пожарного выхода. Уютное многоцветное стеганое одеяло на кровати. Довольно приятный диван. Открытый ноутбук на кровати.

Беретта девятого калибра и сияющий серебристый магнум «смит-вессон» на антикварном письменном столике.

Джек отошел и поднял беретту. Самое время было решить, что наша встреча была ошибкой и что информация, которую он собирался мне сообщить, того не стоила. Магнум был обалденным охотничьим оружием. Я стреляла из него только раз, и мне хватило. Джек щелкнул предохранителем и положил беретту на место.

— Все дело в истории, над которой я работаю, — извиняющимся тоном сказал он.