Взгляд Лео стал таким острым, словно лезвие бритвы, будешь долго смотреть — порежешься. И я сразу почувствовал опасность, исходящую от него. Но заднюю давать было уже поздно. Да и, честно говоря, не хотелось.

— Так… — протянул он. — И что мы с этим будем делать?

— Договариваться. Ты не поверишь, но я сам меньше всего заинтересован, чтобы со мной случилось что-нибудь нехорошее. И лишний раз на рожон лезть не буду. Нельзя мне сейчас умирать.

Потому что надо в первую очередь вытащить Лихо.

Не знаю, что там думал Лео. Он помолчал еще немного, а потом спросил:

— Надеюсь, сейчас ты домой?

— Я тоже на это очень надеюсь. Ты ведь на машине?

Лео кивнул. Ну что, от телохранительства был хоть какой-то толк. К примеру, быстрое и бесплатное перемещение по городу.

И по поводу «быстрого» это оказалась не фигура речи. Водитель, по всей видимости, отправился спать, и Лео сам сел за руль. И рванул так, что я невольно вспомнил поездку с Ткачом. Их к Великому Князю после просмотра «Форсажа» набирают? Повезло, что улицы были почти пустые. Потому мы домчали до Мойки так быстро, что меня только в самом конце подташнивать стало.

Что хорошо — Лео не пытался поговорить и обсудить, как мы будем выбираться из сложившейся ситуации. Которая действительно оказалась сложной. С одной стороны — он должен по пятам ходить за мной, в том числе в туалет. Хотя что там мне могло угрожать? Грязный писсуар? Я же дал понять, что если мне нужно будет отлучиться, то я это сделаю.

Мой воспаленный мозг сейчас был занят совершенно другими размышлениями. И все они касались, само собой, судьбы Лихо. Как мне одолеть крона? Вопрос на миллион. Лично я ничего не мог противопоставить этой громадине. И что делать? Что бы посоветовала Юния, будь она рядом?

Я даже задумался и прикрыл глаза, представляя. Получилось лишь что-то вроде: «Сс… к рубежнику все приходит в свое время». Только что делать, если сталкиваются два рубежника? По этой логике, побеждает тот, кто сильнее. Тогда все правильно, к крону сама пришла Лихо.

— Так… Ты что, уснул, что ли? — толкнул меня Лео.

Занятый своими размышлениями, я и не заметил, что мы остановились у знакомой парадной.

— Да, задремал. Счастливо, — выскочил я из машины.

— До завтра, — с некоторыми вопросительными интонациями сказал Леопольд.

Я так устал, что даже дразнить Лео чем-то вроде «посмотрим» не стал. У него тоже жизнь не сахар, если уж я ему в нагрузку достался.

Что интересно, дома меня встретила полная тишина… и порядок. Я зашел на кухню попить воды и с сомнением поглядел на убранный стол и, похоже, вымытые полы. Точно-точно, еще вчера крошки были, прилипшие к плинтусу. Хотел выкроить пару часов, чтобы убраться, да закрутился. Что интересно, из комнаты раздавалось богатырское посапывание Алены. Бабушка всегда говорила, что крепче всего спят люди с чистой совестью.

На свет, пусть и не сразу, но ко мне выбрался понурый черт.

— Дяденька, я тебе в дальней комнате постелил.

— Хорошо, Митя, спасибо.

— А Алена Николаевна правду говорит, что она теперь приспешница?

— Истинную, — кивнул я, ставя пустой стакан на стол. — А что?

— Ничего, — грустно вздохнул Митя.

Казалось, что он легче бы перенес новость о возвращение под крыло Большака. Я решил разобраться с этим всем завтра. Меня хватило лишь на то, чтобы дойти до кровати и брякнуться в одежде.

Боль пришла сквозь сон. Точнее, сначала она снилась. И только спустя какое-то время я понял, что чувство вполне реальное. Тот самый расползающийся по нутру холод, от которого нельзя скрыться.

Я открыл глаза, поняв, что уже скрючился в позе эмбриона.