— Хобби у меня такое. Некоторые через заборы в костюмах лазят, а я через ворота прыгаю. Лучше скажите, вы, получается, зеленицы?

— Мы, — ответило только двое.

То ли самые старшие, то ли самые уверенные. Остальные, наверное, еще не самоопределились. Ну не мне их судить, в мире сейчас такое сплошь и рядом происходит…

Но что интересно, к тому моменту я стал их немного различать. Не по комплекции, а по цвету волос. Изначально все они были зелеными, но с едва заметными оттенками. Поэтому довольно скоро у меня в голове появились имена незнакомцам: Лаймовый, Фисташковый, Травянистый, Салатовый и Ядовито-зеленый. Причем, я не был уверен, что правильно определил цвета. Просто чувствовал себя художником. Мол, я так вижу.

— И это, получается, тайник Инги?

— Я же говорю — он, — сказал Лаймовый

— А мы это сейчас проверим. Владетельница ведь карточку присылала, — ответил Салатовый.

Нечисть шустро отправился к столу и принес оттуда небольшую фотографию, показывая приятелям.

— Он! — заключил Ядовито-зеленый.

— Или не он, — засомневался Фисташковый. — А как их различить? Уши есть, нос, человек и есть человек. Тут хотя бы бороду или не знаю, родинку какую.

— Так давайте Владетельнице свою карточку отправим? — предложил Салатовый.

— Что-то я не знаю, — отозвался Фисташковый.

— Ругаться будет, — уверенно сказал Лаймовый.

— Мне все равно, сами решайте, — произнес Травянистый.

— Да в расход этого рубежника и все! Ножницами чик, — закончил Ядовито-зеленый.

Мирные, говоришь?

Ладно еще, что дальше слов пока не пошло. Зеленицы стали спорить. Что хорошо (для меня), Салатового они слушались. Он сначала убедил Лаймового, затем Травянистого, а следом и всех остальных. А после сбегал к столу и достал откуда-то сбоку «Полароид». Самый настоящий, я такой последний раз лет пятнадцать назад видел, когда совсем сопляком был.

Еще минут пять зеленицы разбирались с тем, как это чудо техники работает. Пока кто-то из них наконец не нашел кнопку, открывающую «Полароид». Дальше уже стало чуть полегче. Со второго раза им удалось навести фотоаппарат на меня и даже получилось нечто вроде фотографии.

Затем было самое интересное. Лаймовый (я так и не разобрался, он тут главный или Салатовый?), подошел к столу и взгромоздил на него здоровенную лейку. А на нее положил фотку.

Не прошло и минуты, как прямо в воздухе появилась знакомая женская рука, которая забрала и лейку, и фото. А я тем временем все понял. Вот, значит, как устроено слово у Инги.

Вообще, ее тайник — это не вся теплица, а только пространство на столах. Если там появляется или исчезает что-то небольшое, Травница даже не понимает этого. Пример с фото, которое забрали, — был довольно ярок. Чтобы рубежница почувствовала изменения, нужен предмет повесомее, как та же лейка. Она сразу поняла, что зеленицы оставили ей послание.

Что тут скажешь — я угадал. Потому что прошло совсем немного времени и рука появилась снова. Она не только вернула лейку, но и уронила на стол записку, к которой Лаймовый чуть ли не побежал. А когда развернул ее, то улыбнулся.

— Он! Я же говорил, что он!

— Теперь меня ножницами убивать не будете? — поинтересовался я.

— Ножницами, наверное, не будем, — отозвался Фисташковый.

— Да ничем не будем! — решительно ответил Ядовито-зеленый. — Здравствуйте, Матвей. От имени Владетельницы Инги и от нас всех позвольте поприветствовать вас в Санкт-Петербурге! Ну и в тепличке!

Глава 3

Мне всегда казалось, что после слов «добро пожаловать» начинается что-то приятное.