— Бред какой! — поморщилась девушка. — Мы вообще мясо не употребляем в пищу.

— Вот и я о том же. Мало ли кто что говорит. — Я открыл подъездную дверь. — Ладно, жертва толерантности, стой тут, жди, пока позову. Ну а ты, Дара, ступай за мной.

— Твое счастье, что я здесь гостья, — косо глянула на вурдалачку ворожея. — Но на будущее запомни — лучше нам больше не встречаться.

Что у Марго за характер, а? И так уже в бегах, на нее, по сути, охота объявлена, а она с невероятным упорством заводит себе новых врагов.

Может, ну ее на фиг, с таким-то подходом к нежизни? Ладно тут: Москва — мой родной город, если я сам какие-то проблемы не решу, то всяко найду тех, кто сделает подобное за меня. Но в Екатеринбурге подобный номер не пройдет, там у меня связей почти нет. Занесет нас по какой-то нужде, например, на «Уралмаш» или на «Сортировку», брякнет она там вот такую хрень, и все, прощай Уфалейский хребет. Почему? Да нас там и зароют. Вурдалачья братия, ведьмы и оборотни Урала не сильно похожи на наших сибаритов, пьющих кровь у симпатяшек гоу-гоу в ночных клубах или гоняющих чаи в благоустроенных поселках. Там вам не столица, там климат иной. И норов иной. Бывал, видал, знаю.

— Кажется, где-то наверху кричат? — глянула на меня Дара — Слышишь?

Второй вопрос она задала уже моей спине. Я тоже услышал девичий вопль и даже узнал голос зовущего на помощь. Орала Геля.

Дверь в офис была распахнута настежь, внутри же обнаружились незваные гости, которые непонятно как сюда вообще смогли попасть. А именно — трех вурдалаков, причем двух из них я до сегодняшней ночи ни разу не видел. Зато третий, вернее, третья, была мне знакома, не очень хорошо, но все же. Гелю прижимала к полу та самая поганка, которая на прошлой неделе хотела пустить мне кровь на дне рождения Газвана. Ну а на этот раз она нацелилась прокусить шею моей помощнице, причем не как мне тогда, то есть понарошку, а уже всерьез. Опоздай я на минуту — и все, вспорол бы острый клык нежную девичью кожу в районе внутренней яремной вены.

— Отвяжись от меня, погань! — взвыл один из вурдалаков, пытаясь стряхнуть с себя Арсения, который оседлал шею нежданного агрессора, и в данный момент деловито собирался заняться вторым глазом. — Я ж тебя!

— Это я тебя! Если бы не Гелька-дура… — заорал домовой, заметил меня и радостно заверещал: — Хозяин! Пособи!

Вот минус пребывания Арсения в статусе «изгой». Уверен, что все его местные коллеги в курсе того, что сейчас происходит в офисе, более того, прямо сейчас за происходящим наблюдают, но ни один из них в драку с кровососами не влезет и нам на помощь не придет. Вот если те сунутся в любое другое помещение — да, они как один вступят с лиходеями в бой, поскольку это их территория. А вот мы вроде как сами по себе, одни на льдине. Наши проблемы — только наши проблемы.

Впрочем, я никогда ни на кого особо последние лет пять и не рассчитывал, потому, погладив себя по голове за предусмотрительность, всадил серебряную пулю в голову вурдалачки, собравшейся поужинать Гелей.

Предусмотрительность заключалась в том, что я, уезжая на встречу с ворожеями, вставил в пистолет магазин, полностью снаряженный серебром. Почему — не знаю, для Яромилы и ее присных все едино — что оно, что свинец. Но вот шепнула чуйка сделать так, и, как результат, верно все напророчила.

Вурдалачка, кстати, Сеньку услышала и даже в сторону входа успела повернуть голову, потому пуля вошла ей точно между глаз. Само собой, не убила, но дискомфорт доставила немалый, плюс, что важно, полностью отбила аппетит.

Третий, последний кровосос кинулся было на меня, но успеха не достиг, получил пару пуль, после, сопровожденный силовым приемом, отлетел в дальний угол, разломав при падении своим телом кресло, в котором так любит сидеть Модест Михайлович.