— Чего заерзала? — благодушно осведомилась у нее оперативница. — Волнительно стало, что разговор вон в какую сторону вывернул? Да ладно, тебя на костер не тащат, так что не суетись. Пока не тащат.

— Не много на себя берете? — С Василисы окончательно слетел налет томности, который она на себя напустила, садясь за наш стол. — Как бы не пришлось…

— Значит, так, зассыха малолетняя, — Метельская ловко схватила ведьму за волосы и резко наклонила к столу, так, что Васькино ухо прижалось к скатерти, а после еще и зафиксировала ее голову локтем, отчего девушка даже дернуться не могла, — тут не столица, у нас все проще происходит. Я не Макс, просить не стану, просто бошку тебе отрежу и в Кырью ее выкину.

— Куда? — уточнил я.

— Река у нас есть такая, — не обращая внимания на сопение и рывки Василисы, пояснила Метельская. — Не сильно длинная, но с почтенной историей. Там таких, как она, немало утопили в старые времена. В мешок — и в воду, на радость водяному. Что, шалава, хочешь в реку?

— Отпусти! — прошипела ведьма.

— Ответа не слышу!

— Не хочу!

— То-то. — Метельская отпустила ее и громко добавила: — Давай проваливай отсюда! И не думай даже под моего мужика стелиться!

— Так ее! — одобрительно гаркнула тучная дама, сидящая неподалеку от нас и употребляющая коньячок под шашлычок. — Ишь, шаболда!

— И смотреть не на что, кожа да кости! — согласилась с ней ее спутница. — А этот тоже хорош! Сидит, глазами лупает, вроде как не при делах! А вот если его за яйца взять да как следует расспросить…

— Надо еще водки заказать, — даже не глянув вслед убегающей Ваське, обеспокоенно произнес я. — Официантка!

Глава 11

— Рассол употребишь? — осведомилась Светлана после того, как влила в себя половину жидкости из трехлитровой банки, а после выловила оттуда крепкий пупырчатый огурчик. — Если нет — так я допью.

— Употреблю, — посипел я, слезая с разворошенной кровати. — Уф. Неплохо мы вчера отдохнули.

— Нормально, — хрустнула огурцом оперативница, протягивая мне банку. — Культурно посидели. Не разбили же ничего? И не повредили никого.

Чистая правда. Бесчинств мы с ней никаких в ресторане не учиняли, хоть и приняли на грудь изрядно. Ну а квалифицировать пение народных хитов вроде «Напилась я пьяна» и «О боже, какой мужчина» в компании дам с соседнего столика как какие-то серьезные нарушения общественного порядка точно нельзя. Тем более что непосредственно я в них участия вовсе не принимал. Во-первых, потому что тексты этих песен не знаю, во-вторых, потому что петь не люблю вообще. Мне медведь на ухо наступил в детстве.

Ну а после мы отправились в гости к Метельской. Нет, я предлагал подняться в мой номер, он был куда ближе, но она отчего-то категорически отказалась это делать, причем ничем свое упорство не обосновывая. Мне было лень спорить, потому в результате я проснулся в ее небольшой квартирке где-то на окраине Екатеринбурга.

— Давай умывайся, и поехали, — жуя огурец, распорядилась Светлана и провела ладонями по грудям. — Блин, вот куда ты вчера лифчик мой закинул? В упор его не вижу!

— Да вон он, на алое висит, — с неохотой отрываясь от банки с рассолом, ответил я. — На подоконник глянь.

— На фига было так вещи разбрасывать? — изумилась хозяйка квартиры. — Все равно в африканскую страсть не поверю, поскольку себя каждый день в зеркале вижу. Хорошо, хоть растение не сломал.

— Так это не моя работа, — поправил ее я. — Ты сама постаралась. Не я же орал: «Кто тут звезда стриптиза? Света звезда стриптиза!» И в воздух лифчики бросала.