Она не помнила, когда обнимала сестру в последний раз. Может, в детстве, когда они обе были еще детьми? Оттого эти объятия были еще важнее, еще горше.

– Я знаю, как все исправить. Я знаю, как тебя спасти, – прошептала Этель, гладя Ронду по растрепанным волосам. – Как спасти всех нас.

А потом она исчезла, выпорхнув из палаты вспугнутой пташкой. Ронда хотела кинуться следом, остановить ее и расспросить обо всем. Что, черт возьми, творится в этом городе?!

Но на пороге палаты ее за плечи поймала медсестра.

– Пора спать, мисс Уайлен, – она вручила Ронде стакан воды и таблетку, которую заставила выпить в своем присутствии.

– Мне нужно поговорить с сестрой, – проглотив лекарство, затараторила Ронда. – Прошу вас!

– Она придет завтра, – уже не глядя на пациентку, заверила медсестра и захлопнула дверь.

Ронда кинулась к двери, надеясь вырваться из палаты, но та не поддалась. Замок был заперт. Руки опустились сами собой.

Прежде чем свет в палате погас, Ронда успела заметить, что кровавое пятно на простыне пропало. Потом снаружи щелкнули выключателем, и комната погрузилась во тьму. Ронда осталась стоять, не смея пошевелиться. Она прислушивалась к собственному телу, с изумлением понимая, что больше не чувствует себя сломанной куклой.

– Куда же ты влезла, Этель? – пробормотала Ронда, а затем рухнула на колени перед кроватью. Она плакала, уткнувшись лицом в подушку, пока не выключилась.

Глава 29

 Каспер

Назначить встречу под мостом было одновременно отстойной и гениальной идеей. Отстойной, потому что здесь ужасно воняло. От воды, несмотря на довольно теплый вечер, тянуло холодом. Всюду валялись пустые пивные банки и осколки бутылок. Встретиться здесь – все равно что назначить свидание у помойки.

Однако неоспоримые плюсы у этой локации все же были.

По нижней поверхности моста тянулись неоновые ленты. Они не только красиво подсвечивали строение, но и развеивали мрак здесь, у берега реки. Неон окрашивал темную воду то в синий, то в зеленый, то в розовый. Цвета перетекали друг в друга, гипнотизируя.

Красиво. Но, что важнее всего, лицезрел эту красоту под мостом пока что лишь Каспер. Больше вокруг ни души.

– Ты тоже принес перекусить?

Каспер обернулся, едва не уронив коробку с пиццей. Дарен стоял на последней ступени лестницы, выглядывающей из-за береговой опоры, покрытой уродскими граффити. Дарен неловко улыбнулся, в знак приветствия поднял руку и неуверенно раскрыл ладонь. Щеки Каспера тут же обожгло смущением, а сердце забарабанило по легким.

Он готовил речь приветствия с того самого момента, как Дарен согласился прийти, но теперь слова абсолютно не шли. Они обрывками крутились в голове, но отказывались складываться во что-то связное. Точно кто-то швырнул на пол собранную мозаику.

– Еда, да, – сдавленно буркнул Каспер и опустил взгляд на коробку, от которой исходил единственный приятный в этом месте аромат.

Дарен тряхнул небольшой пакет, и в нем что-то звякнуло.

– Охлажденный зеленый чай, – пояснил Йоркер, – надеюсь, ты…

– Люблю, – выпалил Каспер так резко, что Дарен умолк на полуслове.

Оба молчали, прекрасно понимая, что это слово еще прозвучит сегодня. И отнюдь не в сторону чая…

– Здесь нет скамейки, чтобы присесть, – Каспер обвел взглядом каменистый берег, где даже на земле устроиться было негде. – Я затупил, когда пригласил тебя сюда. Извини.

Вместо ответа Дарен пожал плечами и сел на ступеньку, на которой стоял. С одной стороны, что была ближе к перилам, он поставил пакет, а с другой – похлопал рядом с собой.

– Ужасный пикник, – совершенно искренне выдохнул Каспер, все же присаживаясь рядом с Дареном.