Изменить размер шрифта - +
Но спуск становился все более напряженным и трудным: труба стала очень широкой, и Дюмарест практически держался только на руках. Эрл почувствовал пластиковое покрытие трубы; защита от коррозии, решил он. Но спускаться еще ниже не было ни физической возможности, ни шанса: шахта стала слишком широкой и скользкой, что грозило опасным падением в неизвестность.

Он осторожно стал подниматься обратно. Он собирался добраться до открытого устья первого же ответвления, проникнуть в комнату и, если повезет, выбраться наружу.

Эрл добрался до достаточно суженного места и стал на ощупь искать вход в колено трубы. Это ему удалось. Напрягшись настолько, что суставы и мышцы буквально затрещали, Эрл попытался открыть вход. Пот заливал ему глаза, мышцы дрожали от увеличивающегося напряжения, кровь стучала в висках… наконец, дверца подалась, и Эрл стал втискиваться внутрь: сначала одно плечо, потом второе, колено, спина, вторая нога… Эрл был зажат в узком пространстве мусоропровода.

Он попытался продвигаться дальше, чувствуя, что это дается с огромным трудом. Но вскоре он нащупал очередной люк, напрягся, упираясь руками, плечом и ногой, скрежеща зубами, сделал еще рывок… и оказался в темном пространстве небольшой комнаты, которая по его предположениям, должна была быть ванной…

 

Глава 10

 

Да, это была ванная комната, что он безошибочно мог понять по запаху мыла, лосьонов и шампуне. Дюмарест осторожно ощупывал стену в поисках выключателя. Поиски увенчались успехом, и он прищурил глаза, привыкая к свету, яркому после темноты свету ламп. На стене в зеркале Эрл заметил свое отражение.

Он был выжат и измучен, остатки одежды были покрыты мокрой грязью, руки расцарапаны, ногти кровоточили. Для того чтобы выйти из здания, ему необходимо было переодеться и вымыться. Такой вид, как сейчас, мог повлечь за собой немедленный арест.

Дюмарест выключил свет и осторожно приоткрыл дверь ванной. Смежная комната была небольшой и погружена в полумрак. Посередине стояла просторная кровать, с одной стороны которой свисало одеяло. Из соседней комнаты слышались голоса.

— Господин, мои вычисления, основанные на экстраполяции, доказывают, что вероятность начала мятежа на Хардише через две недели равна девяноста двум процентам. Я настоятельно рекомендую вам послать туда спецвойска с Кеста и Вена для усиления оккупационного гарнизона.

— Я ценю твой совет, Руен. — Варгас был раздражен. — Но существуют более важные проблемы, чем эта — проблемы требующие безотлагательного решения. Пять членов Совета согласились на отставку, и еще трое, возможно, последуют их примеру. Брекла таким образом обеспечил мне гарантированное большинство голосов при голосовании по вопросам сосредоточения в моих руках особых единовластных полномочий на случай войны.

— Но вы фактически уже давно имеете эти полномочия, хотя юридически они не подкреплены, господин. — Монотонный спокойный голос Руена разительно контрастировал с нервным, срывающимся фальцетом Варгаса. — Вероятность того, что против вас будет организована оппозиция, очень ничтожна: семь и восемь десятых процента. Ее нельзя не принимать во внимание, это верно, но ее можно снизить еще больше, если послать Дехнара на какое-то время с миссией, скажем, на Лоум. Тогда вероятность заговора снижается до двух целых и трех десятых процента.

Варгас нахмурился:

— А можно ее полностью исключить?

— Это невозможно, господин. Возможность опасности остается всегда. Даже если вы нейтрализуете всех членов Совета, то остается угроза военной хунты, которая ослабит ваше единовластие. Значит, самое лучшее, что мы можем сделать, это снизить этот возможный фактор до уровня, на котором его можно игнорировать.

Спокойствие кибера вывело Технарха из себя. Как он может оставаться столь равнодушным и расчетливым? События становились более мрачными, угрожающе нависая над его головой подобно тучам, грозя страшными опасностями лично ему, Технарху! Он нервно мерил шагами комнату, пытаясь осмыслить логически несколько факторов, событий и возможных последствий.

Быстрый переход