— У меня есть один человек. Очень надежный. Но… — замялся Альберт.

— О чем речь! — понял Гуровин и выложил на стол несколько зеленых сотенных купюр. — Этого хватит?

— Не знаю, — начал набивать цену Альберт.

— Жаль. — Молниеносным движением Гуровин убрал деньги со стола. — Больше я дать не могу. Придется подумать о ком-нибудь другом.

Альберт поправил круглые очки на носу:

— Думаю, за эту цену я сумею договориться…

— Отлично. — Доллары снова появились на полированной поверхности. — Здесь пятьсот. Единственное условие — не поднимать волны и все узнать быстро.

— Сутки даете? — деловито поинтересовался Альберт.

Яков Иванович с сомнением посмотрел на своего подопечного:

— Успеешь?

— Что за вопрос? Я хотел бы только уточнить, когда приехал этот человек?

— Вчера.

Гуровин продиктовал Альберту все адреса и телефоны, которые дал ему Пинчевский, и предупредил:

— Только умоляю — это очень важно. Если не сможете найти Учителя живым, то хотя бы мертвым.

Они тряслись в поезде почти сутки. Равномерный стук колес, сменяющие друг друга картины за окном почти что совсем успокоили Алину. Ей казалось, что Москва, неприятности, вчерашний побег остались где-то в другой жизни. Хотя до Одессы время еще оставалось, Алина начала потихоньку собираться.

Все уже позади. Они рассудили так: сначала Одесса (Алинина прихоть, на родину захотелось), немного солнца, моря и бычков с Привоза. Потом поедут в Штаты, где благодаря Джейн у Саши недвижимость и счет в банке. Но это не значит, что Алина собирается сидеть там без работы. По специальности, конечно, вряд ли устроится. Но она человек общительный, в деньгах не нуждается, можно заняться волонтерством в какой-нибудь русскоязычной общине. Короче, со скуки не пропадет. Саша тоже. В конце концов, у них есть журналистский опыт. Бог даст, устроятся на какую-нибудь студию. А нет — и не надо. Выживут.

Новая жизнь! Алина рассмеялась, вспомнив, как именно начиналась новая жизнь.

— Все, — сказал тогда Казанцев, — бросаю все к черту, уезжаю в Бердичев.

— Саш, отличная идея! — обрадовалась Алина. — Как в анекдоте. Но на самом деле никто не пробовал бросить все к черту и махнуть в Бердичев. А мы возьмем и поедем, а?

Правда, потом она все-таки решила отправиться не в Бердичев, с которым ее ничто не связывало, а в Одессу, тем более что это от Бердичева близко.

Они бы покинули Москву сразу, еще днем, как только Казанцев вернулся от президента. Но Саша решил-таки перед отъездом поговорить с Антоном, старинным своим другом.

Что-то у них в последнее время не заладилось, и Казанцев намеревался выяснить отношения. Алина терпеть не могла этого типа за жлобство и самоуверенность и отговаривала Казанцева. Но Саша уперся, сказал, что, во-первых, они с Антоном давние друзья, Балашов умный, честный человек и хороший профессионал и Саша просто обязан понять, что произошло. Сколько Алина ни объясняла ему, что Балашов элементарно продался, Саша не верил и пошел на встречу с Антоном в бар “Аполлон”.

В назначенное время Казанцев вышел на минуточку в туалет. Но толкнул не ту дверь, где красовался джентльмен в шляпе и с трубкой в зубах, а ту, на которой был нарисован милый женский профиль. В дамской комнате его ждала Алина с комплектом женской одежды в стиле “унисекс”. Саша переоделся, засунул свои шмотки от Версаче в унитазный бачок (туфли жалко, хорошие были туфли), накрасился, напялил парик и в обнимку с Алиной, нежно воркуя, вышел из туалета. На них никто не обратил внимания.