Виктор и Дэби направили камеры вниз, снимая уходящую в глубь шахту и блики света софитов на поверхности воды.

— Черт, обидно, — сказал Виктор, выпрямляясь. — Зря ехали и ВИПа этого тащили на ночь глядя.

— Хуже другое, — мрачно заметил Валера. — Раз вода уже здесь, — значит, больше нет надежды, что хоть кто-то жив. Тоннель проложен на глубине тридцать метров — помнишь чертеж у Копылова? А до воды… — Он нагнулся за кирпичом под ногами. — Сейчас определим по звуку… — И бросил кирпич в темноту.

Раздался не очень далекий всплеск.

— Ну вот, метров семь всего, — определил Миша. — Стало быть, вход в штольню почти залит. Дохлый номер.

И вдруг в глубине шахты, словно споря с его последними словами, на мгновение вспыхнул яркий голубоватый свет, потом еще раз и еще.

— Сделаю, до утра терпит?

— Только до утра.

— В семь позвонив По дороге домой Альберту пришла в голову одна странная мысль: а чего это, собственно, Гуровин так суетится? И почему это акционеры обратились именно к нему? У них что, нет других каналов, кроме этого старика? И из-за чего такая срочность?

Эх, жаль, Балашова нет, они бы вместе поразмышляли. Альберт взглянул на часы: по идее, Антон должен был давно уже появиться.

Наверное, сразу домой поехал.

Мысли Захарова снова вернулись к странной просьбе Гуровина. Что же связано с этим Учителем?

Может, скандал с акциями? Очень похоже, что этого парня собираются убрать…

Приятель справился с заданием еще до семи. В три часа Захарова разбудил звонок.

— Слушаешь? Кажется, нашли твоего Преподавателя.

— Что? — спросонья не понял Альберт. — Учителя?

— Ну да. Наши ребята давно один адресок пасут в Марьине. Там сегодня какие-то люди появились, один, похоже, твой Учитель.

— Ты ас, — только и выговорил Альберт.

— Завтра мы эту хату брать будем.

— Понял. Когда?

— К двум часам давай к нам.

— Буду! — окончательно проснулся Захаров. И тут ему в голову пришла гениальная идея. По ночам такое случается.

Вдруг наверху мелькнул и исчез свет, потом раздались какие-то голоса и что-то тяжелое плюхнулось в воду перед лицом, обдав его ледяными брызгами. Денис попытался крикнуть, но горло издало только слабое сипение. Тогда он мысленно согнал все оставшиеся силы в пальцы правой руки, с трудом сжимавшей еще недавно почти невесомую “мыльницу”, и заставил ее нажать на кнопку…

… — Мужики, держите конец — будете меня тащить, — коротко скомандовал Миша, сбрасывая куртку и обвязываясь вынутой из рюкзака веревкой. — А вы, девушка, — обратился он к Дэби, — подгоните машину поближе — дорога каждая секунда. И пусть печку раскочегарят на максимум! — крикнул он уже откуда-то с середины ржавой лестницы, спускающейся вертикально вдоль цилиндрической стенки шахты.

Пока Дэби отсутствовала, Валерий один держал веревку, страхуя хоулера. Виктор в это время снимал, одновременно освещал софитом, шахту.

Миша, коротко ухнув, погрузился по пояс в воду, зажал в зубах ключ и прямо с лестницы нырнул в сторону решетки. Он не показывался с минуту, потом вдруг вынырнул, ухватившись за ее створку, и закричал:

— Тяните!

Никитин потянул за веревку, и створка показалась в луче света.