Пока он разговаривал, вестибюль опустел — наверное, все поднялись наверх, в кабинет. Рэй двинулся следом.

— Господин посол, пока здесь нет мистера Логана, я бы хотел задать вам один вопрос, — фэбээровец чуть помедлил, — возможно, несколько неожиданный для вас, но подумайте хорошенько перед тем, как ответить…

— Молодой человек, я уже давно привык думать перед тем, как что-нибудь говорю, — оборвал его Рамсфорд.

Едва ли какой-либо их вопрос мог стать для него неожиданностью, ход мысли фэбээровцев он примерно знал: в первую очередь они искали сообщников похитителей «внутри», среди родственников или служащих.

Держать себя в руках Коул умел неплохо — ни замешательства, ни злости, только ноздри чуть дрогнули.

— Хорошо, Как вы считаете, мистер Логан не может быть каким-либо образом причастен к этому происшествию?

— Что — Рэй? — Рамсфорд замотал головой. — Нет. Исключено. С тем же успехом можно заподозрить в этом меня.

— Вы не находите, что это несколько странное совпадение: последние две недели он всюду сопровождал вашу дочь, а сегодня, по его словам, они вдруг поссорились, она уехала из университета без него — и буквально через полчаса уже исчезла.

Рамсфорд обратил внимание, что Коул ни разу не произнес слово «похищение».

— Возможно, преступники уже давно следили за ней, — он раздраженно пожал плечами, — но им как раз мешало присутствие Рэя. И стоило Мэрион остаться одной, как они тут же воспользовались моментом. Но вообще-то это ваша работа — выдвигать версии и выяснять истину, а не моя!

«Полегче, полегче! — сказал он самому себе. — Не перегибай палку!»

Чересчур настраивать фэбээровцев против себя Рамсфорд не хотел, лишь сделать так, чтобы им захотелось как можно скорее оказаться подальше от нервного, раздражительного и измученного тревогой за дочь отца, к которому притом в силу занимаемой им должности полагалось соблюдать особый пиетет. А чем меньше они будут крутиться в резиденции, тем лучше.

Внутри все сжималось в тугой узел от ужаса и ощущения собственной беспомощности, но позволить этому ужасу взять над собой верх он не мог — возможно, именно от него зависела сейчас жизнь Мэрион.

— Еще один вопрос, который может быть вам не совсем приятен… — продолжал Коул.

— Молодой человек, — раздраженно перебил Рамсфорд, — давайте не тратить времени на экивоки.

— Хорошо. Вы не считаете, что ваша дочь могла… сама…

— Что — сама себя похитить?! — словно не веря, что слышит это, переспросил он, хотя заранее знал, что такой вопрос в том или ином виде будет задан.

— Нет, но… скажем, уехать куда-то, не предупредив вас.

— Исключено.

Вошел Рэй, остановился у двери. Рамсфорд махнул ему рукой на свободный стул, продолжая говорить:

— Нет, она никогда не стала бы мне причинять такую боль.

— А какие отношения были у мисс Рамсфорд с шофером? Не упоминала ли она о каких-либо проявлениях недоброжелательства с его стороны или… или наоборот?

— Нет. — Посол вопросительно взглянул на Рэя — тот покачал головой.

— Нет. Они почти и не разговаривали.

Сейчас наверняка еще про подруг спросят, про знакомых — на случай, если Мэрион у кого-то из них прячется. Хотя это бред, и ясно, что проверять эту версию — только время зря тратить! А потом, рано или поздно, речь зайдет о прослушивании телефонных разговоров, чтобы, если похитители позвонят, ФБР могло взять ситуацию в свои руки…

Дежа вю… Жуткое, кошмарное дежа вю!

Все это уже было восемнадцать лет назад — точно так же перед ним сидели два фэбээровца, один молчал, а второй задавал вопросы, только вместо «ваша дочь» говорил «ваша жена».