У выхода другая девица молниеносно, что он даже не успел увернуться, прошлась по его лицу влажной салфеткой, а потом мягкой кисточкой.

— Генеральный директор и генеральный продюсер проекта «Новый русский цирк»…

Суровый пожилой человек во фраке с белой грудью, стоявший у входа, чуть мотнул ему головой — пошел!

— …Юрий Краснов!

Юрасик пошарил по животу — застегнут ли пиджак, сделал несколько быстрых шагов навстречу свету и звуку «а-ащщ, а-ащщ, а-ащщ!». Против прожектора он почти ничего не видел — просто слушал и слушал эти бьющие в уши звуки…

…Слегка опомнился Юрасик только в кабинете. Там было тихо, прохладно и, главное, безлюдно. Юрасик чувствовал, что может не выдержать — что-то уж больно много событий накручивается на ось, которая — он сам. Юрасик нашел в маленьком холодильнике полулитровую бутылку минералки и похлебал прямо из горлышка. Стало легче.

Он плюхнулся в кресло за столом и замер, прикрыв глаза. Значит, они с Ленкой из этого ящика все-таки выскочили. Хотя и просидели там до самой премьеры… В дверь деликатно постучали.

— Юрьпетрович, — послышался из-за двери вездесущий Яшкин голос. — Через десять минут начало банкета… Откладывать не будем? Как вы?..

— Вот уж чего-чего, а банкет откладывать не будем точно!

Дверь слегка приоткрылась.

— Вы готовы? Здесь телевизионщики…

Юрасик поправил бабочку и распахнул дверь. Ему в лицо вспыхнули осветители телекамер, а невидимые в этом сиянии корреспонденты сунули под нос сразу несколько микрофонов.

— Господин Краснов, что вы чувствуете после такого успеха?

— То, что чувствовал бы всякий человек на моем месте, — усталость, радость и желание работать дальше! — излучал Юрасик.

Он говорил еще что-то, пока они все, кучей, не дошли до малой арены, которая сейчас была банкетным залом. Там журналистов тормознула охрана, и Юрасик попал в объятия своих гостей.

Юрасик, пожимая протянутые руки и отвечая на поцелуи, все-таки разглядел, что Лена-кузина в том розовом платье здесь. Она смущенно отвела взгляд, когда они встретились глазами.

«Ну, я с тобой еще поговорю!» — подумал Юрасик и спросил как бы у всех сразу:

— А почему я не вижу настоящего героя вечера — Георггеоргича?

— Дедушка чуть-чуть отдыхает, — послышался голос Лены-внучки откуда-то сзади.

Юрасик оглянулся.

— Сейчас они с Андреем придут, через секунду.

— Но без него не начнем же!

Лена была в бежевом, с бисерной вышивкой платье на бретельках, чем-то неуловимо похожем на платье сестрицы.

«А они, похоже, в одном бутике отоваривались», — подумал Юрасик.

Тут гости оживились и загалдели — в дверях появился старик Соседов в черном костюме под небрежно наброшенным на плечи шелковом плащом. Народ зааплодировал. По залу побежали официанты, разнося шампанское. Тот высокий седой, что был у Юрасика на прогоне, начал говорить тост, потом все принялись чокаться и поздравлять друг друга. На небольшой сценке заиграл живой ансамбль и запела певица.

— Ну, поздравляю, Юр, здорово ты со всем этим разобрался, по-красновски!

К Юрасику подобрался, держа бокал наготове, Пашка Круль.

— Хоть жив остался, — ответил Юрасик. — Спасибо, Паш, что пришел. Рад видеть тебя.

— А что — сильно досталось?

— Да эти артисты — у них же все не слава богу… — понизив голос, сказал Юрасик. — Творческие искания, депрессии, кризисы — жуть!

— Дамы и господа! — зазвучал вдруг голос Андрея.