– Это разве меняет дело?

– Нет, все равно я не соглашусь стать чьей-то любовницей, будь это сам король, но мне грустно, что он так страдает из-за любви ко мне. Подумать только, – она понизила голос, – король Англии страдает из-за какой-то Анны Болейн! Мой исповедник наложит на меня епитимью за гордыню, если я откроюсь ему! – Она рассмеялась, но слово «исповедник» напомнило вдруг Нанетте о ее собственных проблемах. Анна так легко разрешила свои трудности, встав на путь добродетели, – Нанетта же отклонилась от этих путей, и теперь наказана царящим в ее уме смятением.

– Анна, со мной кое-что случилось этой ночью. Я хотела бы поделиться с тобой, чтобы ты дала мне совет.

– Расскажи, конечно, что там с тобой стряслось, крошка Нан. Ты, кажется, расстроена? Что случилось? Как эгоистично с моей стороны болтать только о себе!

– Нет, совсем нет. Мне не следовало бы утомлять тебя своими проблемами, но мне непременно нужно с кем-то обсудить это.

– Ну, тогда рассказывай, дорогая моя. Я буду счастлива помочь тебе, если смогу, – ответила Анна и, найдя в темноте руку Нанетты, пожала ее. – Ого, да ты вся дрожишь! Что случилось?!

Ободренная поддержкой, Нанетта поведала ей, медленно и с трудом, о всех событиях минувшего вечера. Когда она кончила, наступило долгое молчание, такое долгое, что Нанетта испугалась, а вдруг Анна смертельно оскорблена ее поведением, и начала даже постепенно отнимать у нее свою руку. Но внезапно пальцы Анны сжались, и она прошептала:

– Бедная, бедная Нанетта! Ох, дорогая, как же ты, наверно, страдаешь!

– Ты не презираешь меня? – с удивлением спросила Нанетта.

– Как я могу презирать тебя? Со мной могло случиться то же самое. Иногда и мне приходится преодолевать искушения, ты же знаешь.

– Но ты их преодолела, – с горечью промолвила Нанетта.

Анна погладила ее по руке:

– Я – это другое дело. Мои искушения были не такими сильными – вспомни, я старше тебя, и я уже была влюблена. Это защищает меня, потому что ни к одному мужчине я не могу испытать такого чувства, как к Гарри, так что и преодолеть искушения для меня гораздо проще. Но, дорогая моя, что же ты теперь будешь делать?

– Он хочет жениться на мне.

– Тогда выходи замуж. Это единственный выход.

– Выйти замуж за него? За собственного дядю?

– Ну, таких случаев много. Вы получите разрешение – вот даже король собирался женить собственного сына на своей же дочери, и если бы он получил разрешение....

– Но моя совесть не дает мне разрешения. Не думаю, в самом деле не думаю, что я на это пойду.

Опять воцарилось долгое молчание, теперь, когда Нанетта отняла руку, ее не удерживали.

– Анна, не осуждай меня, пожалуйста, не осуждай! – взмолилась Нанетта.

– Что ты будешь делать? – спросила наконец Анна. Ее голос звучал неодобрительно, и Нанетта знала – почему.

– Анна, я никогда не смогу выйти ни за кого замуж. Я это знаю. После того, что случилось, я не выйду – это и будет мое наказание.

Внезапно Анна обняла ее, и благодарная Нанетта упала в ее объятия.

– Крошка Нан, прости меня за то, что я осудила тебя. Я не права. Как бы ты ни поступила, я останусь твоей подругой.