Люциен двумя пальцами потер свою покрытую шрамами челюсть.

— У меня есть одна теория по поводу всего этого. Думаю, ты можешь прикасаться к Красной Королеве без последствий.

— Да пошла твоя теория, — выругался Торин. — Я уже доказал, что она неверная.

— Может… однажды, — исправился Люциен. — Если она свяжет себя узами с…

— Она связана со мной.

— Дай мне закончить. Если она соединит себя узами с тобой… и многими другими. Как Хранитель, она будет тем сильнее, чем больше создаст связей.

Другими? Наверное, не очень хорошо то, что ему хотелось хладнокровно убить каждого, кто окажется связанным с ней. Моя женщина. Только моя. Но ради нее — он смирится.

Оставалась только одна проблема.

— Что если через связь она будет распространять демонические болезни? Кили окажется достаточно сильной, чтобы бороться с ними, но остальным не так повезет.

Люциен вздохнул.

— Да. Что есть, то есть.

Выругавшись, Торин стукнул кулаком по столу, столкнув наполненный льдом бокал на пол. Жизнь не должна быть такой. Не может быть столь сложной. Не важно какое он примет решение — остаться, уйти, прикоснуться, не касаться, попытаться чего-то достичь, просто быть друзьями — оно все равно окажется плохим.

— Я должен это сделать, — сказал он. — Она слишком многое для меня значит.

Люциен жалостливо ему улыбнулся.

— Мне кажется она не из тех, кто позволит мужчине принимать решения за себя.

— Не важно. Я не отступлю.

— Ты и в прошлый раз не отступал.

— Ты такая заноза. Я уйду, пока не надавал тебе по морде.

Люциен состроил невинные глазки.

— Я что-то не так сказал?

Оскалившись, Торин поднялся и направился к двери. Когда он потянулся к ручке, дверь распахнулась и в комнату влетела Анья, почти врезавшись в него.

Она резко остановилась, резким движением спрятала руки за спину и уставилась на него.

По крайней мере, Торин подумал, что смотрела она на него. Анья одела шляпу, и тень, которую отбрасывали полы, скрывала ее глаза.

— Уже уходишь? — спросила девушка. — Хорошо — я хотела сказать, бу, очень жаль. Так грустно, что мы не пообщаемся. Ты спрашивал у Красной Королевы о мальчике? Ну ладно, пока. — Анья отошла в сторону, кивнув подбородком на коридор. — Люци надо уделить Анье некоторое время наедине.

Это не сулит ничего хорошего — Люциену. Моя Фея Драже…

Стоять!

— Что ты натворила, Анья? — потребовал Люциен, становясь возле Торина.

Анья переступила с ноги на ногу.

— Не заставляй меня говорить об этом перед Торином. Пожалуйста, детка!

— Говори уже, — настаивал Люциен. — Сейчас же.

— Что происходит? — спросил Торин.

— Ну… могут возникнуть небольшие проблемы с дьяволицей в твоей комнате, — призналась она.

Что! Демонические красные искры вспыхнули перед глазами.

— Ты ее обидела?

— Что? Сладкая, милая я? — Анья тряхнула головой — сама невинность. — Но я могла или не могла провести некоторое расследование и узнать небольшой кусочек информации, в котором сообщается, что если отрезать ей волосы, то она ослабнет. Потом я могла или не могла, пробраться в твою комнату с парой ножниц и добыть вот это. — Анья подняла руки, в которых были зажаты толстые мотки золотистых волос.