— А без света?

— Абсолютная тьма. Никакого сознания.

— Как тебе удалось сохранить свой свет на протяжении стольких столетий?

— С чего ты взял, что я его не потеряла? В смысле, ты же не можешь его видеть. Он спрятан внутри моего тела.

— Я думал, ты его потеряла. Сперва. А теперь? — Простейшее объяснение. — Я все еще жив.

Минуты шли, а Кили все молчала.

— Правда в том, — наконец-то произнесла она, — что я почти его потеряла. Какое-то время, горечь была моей лучшей подругой и меня окружала удушающая тьма. Потом появилась Мари и прогнала ее прочь. Я снова смогла дышать, смогла ясно мыслить, и поняла, что претерпела бы тысячи тюремных заключений, только бы встретить ее.

А я отобрал ее.

Торин думал, что уже смирился с этим. Но мог ли хоть кто-нибудь смириться с тем, что уничтожил чей-то единственный источник радости?

— Куда приведет нас эта дверь? — прохрипел он.

— В следующую реальность.

— А именно?

— Что-то отличающееся от этого.

Такой кладезь информации.

— Я хочу пойти домой.

— Без проблем. — Кили моргнула и перевела на него взгляд, исполненный самой невинности. — Срежь шрамы, и я перемещу тебя туда.

Торина манило ее предложение. Кили, казалось больше не стремилась заполучить свой фунт плоти. Но если она повернется против него, шрамы станут единственным оружием против нее. Воин никогда не отказывается от своего оружия.

— Я хочу попасть домой не срезая шрамы.

Кили тяжело выдохнула.

— Ну, значит, у меня есть хорошие и плохие новости.

— Начни с хороших.

— Плохие новости, — начала Кили, и Торин закатил глаза. — Перемещение — это единственный способ пропустить измерения. Ну, еще и открытый портал. Но я не могу переместить тебя и не могу открыть портал без необходимых инструментов. А значит нам придется путешествовать из одной реальности в другую, пока не достигнем твоего дома, а на это могут уйти годы. — Кили обошла его и протянула руку, останавливая Торина. — А хорошая новость в том, что мы наконец-то добрались до двери.

Да ни за что на свете. Они стояли на краю обрыва, а впереди, на многие километры простиралось море небытия.

— Дай угадаю, — сухо заметил он. — Мы должны прыгнуть, и ты хочешь, чтобы я пошел первым.

Кили закатила глаза.

— Знаешь, всегда думать о людях только плохое — это болезнь. По милости твоего демона?

— По моей милости.

— Ну, думаю понадобится кто-то получше чем я, чтобы тебя вылечить.

— Ты хорошая.

Пожалуйста.

— Лесть — очередная форма лжи и доведет тебя до удара кинжалом в живот. — Насколько это хорошо?

— Недалекий человек не стал бы меня предупреждать. Недалекий человек просто ударил бы.

Определенно пытаясь спрятать улыбку, Кили повернулась и вытянула руку. С кончиков ее пальцев вырвался поток электричества и повис в воздухе, расширился, удлинился, создавая в атмосфере трещины, пульсирующие буйным множеством цветов.

Сквозь цвета подобно пуле прорвалась вспышка яркого цвета, заставив их разойтись… а потом всосалась обратно внутрь, оставив…

Дверь!

И хоть Торин все еще видел черное небытие вокруг ее краев и продолжающийся дождь, в центре двери находился совсем другой мир. Без дождя.

— Твой ключ, — сказала Кили, кивая на проход.

Хоть ему не нравилась сама мысль об использовании Ключа-ото-Всего на глазах у другого человека, учитывая количество людей, которые пытались убить Кроноса ради обладания им, Торин шагнул вперед.