Клэр поняла его. Ей придется развивать свои способности день за днем. По крайней мере, она будет обладать сверхъестественной силой, которая ей пригодится, когда она вернется домой.

Он сжал ее плечо:

— Я пришел попрощаться.

На мгновение онемев, Клэр подумала, что он куда-то собрался уехать. Но потом до нее дошло, она вздохнула и, повернув голову, посмотрела на Малкольма.

— Я знаю, ты уезжаешь утром, — сказал МакНил. — Да пребудут с тобой Древние, девушка. Не забывай о них. С тобой все будет хорошо.

Не успела Клэр поблагодарить его, как он улыбнулся, выпустил ее руку и исчез.

Она услышала звук отодвигаемой скамьи и, повернувшись, застыла.

К ней приближался Иренхат.

С молчаливого согласия Малкольма, они прошли в его личную комнату и закрыли дверь. Клэр отошла в противоположную часть маленького помещения, а затем посмотрела отцу в лицо. Теперь она узнавала эти блестящие рыжие волосы. Ее натуральный цвет волос был рыжим, но оттенок был более темным и глубоким, ближе к золотисто-каштановому, таким как некоторые пряди в его волосах. Она также узнала его глаза. Они были ярко-зеленого цвета, цвета весенней зелени, как и у нее.

Он чувствовал себя смущенным, и это удивляло.

— У тебя есть вопросы ко мне. Я услышал тебя, за тем и пришел.

— Ты тайно проник в мои мысли? — сразу рассердившись, спросила она.

— Нет, Клэр. Ты сама взываешь ко мне, даже не догадываясь об этом.

— Когда ты понял, что я твоя дочь? И почему ты мне не сказал? Конечно, ты же ничего не знаешь о моей жизни!

— Я не имел ни малейшего понятия о тебе, Клэр! — сказал он отрывисто. — Неужели ты думаешь, что я бы так бросил мать своей дочери? У меня нет других детей.

Клэр изумленно посмотрела на него.

— Как такое возможно? Ты прожил сотни лет.

— Я одинок, Клэр, и умру одиноким. Я поклялся.

Это было прискорбно, но героически. Братство было его жизнью.

— Я была ошибкой.

Он помедлил с ответом:

— Да.

Клэр уже чувствовала себя отверженной. Она покачала головой, не способная вымолвить ни слова, даже при том, что хотела больше узнать о нем и о своей матери. Но что еще узнавать? Мама говорила, что это была всего лишь одна ночь страсти.

Иренхат положил руку ей на плечо.

— Ты — чудо, Клэр, — сказал он хрипло. — Я никогда не мечтал о ребенке, а теперь у меня есть взрослая дочь, бесстрашная, умная и прекрасная.

Клэр ошеломленно повернулась к нему.

В его глазах застыли слезы.

— Ты похожа на свою мать, — сказал он, отвернувшись.

Клэр поняла, что он потерял самообладание, и подумала, что наверно он не терял его уже сотни лет, или вообще никогда.

— Ты заботился о ней?

Иренхат напрягся.

— Да. Я преследовал Димхаана в твоем времени. Я последовал за ним туда. Твоя мать была на улице, с трудом пытаясь поднять в свое жилище тяжелую коробку. „Въезжала в квартиру“, как она сказала. Мужчины, проходившие мимо, смотрели на нее, потому что твоя мама радовала глаз, но никто не помогал ей. Джен была не только красива, она носила самую короткую юбку, которую я когда-либо видел. Недолго думая, я взял коробку и помог ей, а она предложила мне кофе.

Он улыбнулся.

— „А если мне надо перенести сотню коробок?“, пошутила твоя мама.