– Уильям, пожалуйста… Уильям.

Долгие дни подавляемых желаний, долгие ночи одиночества в мечтах об этой женщине, и вот теперь он ласкал ее со всей неудержимостью охватившей его страсти, в то же время напрасно пытаясь совладать с тем неистовым, страстным созданием, в которое превращали Саманту его ласки. Уильяму хотелось смеяться вместе с ней, танцевать вместе с ней, овладевать ее прекрасным телом до тех пор, пока она не признает его, наконец, своим повелителем.

А она…

Эта маленькая ведьма делала все, чтобы он окончательно потерял голову.

Легким движением руки Саманта развязала и отбросила прочь его шейный платок. Затем дрожащими пальцами расстегнула воротник, распахнула рубашку и положила ладонь на его грудь.

Уильям едва перевел дыхание. Он легонько укусил Саманту, даря новые ощущения и в то же время предупреждая, что не стоит так торопиться. Девушка снова застонала и закинула ногу ему на бедро.

Все условности, все душевные терзания были позабыты. Все существо его откликалось на ее смелые ласки.

Снова прижав Саманту к стене, Уильям резко поднял ее юбки и раздвинул ноги девушки. В движении его не было нежности - лишь неистовая сила страсти, натиск завоевателя. Саманта удивленно вскрикнула.

– Уильям, - прошептала она. - Не надо…

Но Уильям лишь усмехнулся в ответ, скользя ладонью между ее ног, нащупывая пальцами жесткие колечки волос внизу живота и проникая все глубже и глубже.

– Уильям, - вскрикнула Саманта, впиваясь пальцами в его плечи. - Пожалуйста…

– Пожалуйста, не надо - или пожалуйста, продолжай?

Сжимая бедра Саманты, он чуть приподнял ее, затем снова опустил. И еще раз. Чтобы она почувствовала всю силу собственного желания.

Саманта не могла вырваться. Было слишком поздно. Видит бог, она пыталась. Она прижималась спиной к стене, толкала его ладонями в грудь. Но все же ей пришлось сдаться.

И - Уильям почувствовал это - сдавшись, Саманта дала волю дремавшим в ней доселе инстинктам. Ничто больше не сдерживало ее. Она вцепилась обеими руками в его рубашку, откинула голову назад. Уильям обнял ее за талию, продолжая ласкать, и уже через секунду все тело ее сотрясали волны оргазма. Саманта закричала так громко, что Уильяму пришлось закрыть ей рот поцелуем. Если бы кто-то вдруг решил прогуляться по саду, он ни с чем не перепутал бы этот звук - крик женщины, впервые познавшей чувственное наслаждение.

Уильяму хотелось уберечь ее от сплетен и осуждающих взглядов. И в то же время хотелось крикнуть на весь свет: смотрите, я довел эту женщину до высшей точки наслаждения. Я - и только я! Держа Саманту в объятиях, он нежно гладил ее по волосам. Что ж, он вполне может гордиться собой. Сгорая от страсти, он все же подумал сначала о ее удовольствии.

Но тут Уильям почувствовал, что пальцы Саманты сжимают его возбужденную плоть. И как только ей удалось расстегнуть его бриджи, так что он даже не заметил этого?!

До сих пор ни одна женщина не ласкала так его откровенно и дерзко, с таким любопытством и вызовом. Он едва сумел сдержать стон, рвущийся из груди.

– Ты хоть понимаешь, что делаешь?

– Нет, - прошептала Саманта. - Но мне очень нравится это делать.

Уильям все еще продолжал сжимать ее обнаженные бедра. Так ей было мало? Что ж, сейчас он покажет ей, что бывает дальше! Вновь просунув руку под юбки Саманты, он нащупал вход в ее лоно. Саманта задрожала и сжала его плоть еще крепче.

Уильям проник пальцем глубже. У Саманты вырвался стон, и она снова попыталась обвить ногой его бедро.

– Все, - решил он. - Это все.

Как ему хотелось оказаться внутри ее тела! Крепче прижав Саманту к стене, он прижался к ней возбужденной плотью, пальцами готовя себе вход.