– Какая чудовищная наглость! Надеюсь, ты не пострадала?

– Мои слуги прогнали их в лес. Но я была так напугана! - она сжала своей маленькой ладошкой руку Уильяма.

Уильям постарался изо всех сил не выдать своего удивления при этих словах.

– Бедная Тереза! Ты смогла бы… узнать кого-нибудь из них?

– Я знала, что ты спросишь об этом. Но ничем не могу тебе помочь. На них были маски. В любом случае, дорогой, я не хочу, чтобы ты рисковал ради меня жизнью. К тому же они ведь ничего не взяли. Кроме… кроме моего покоя. - Приложив руку ко лбу тыльной стороной ладони, Тереза сделала вид, что находится на грани обморока.

Что это - позерство? Или откровенная ложь? Уильям никогда еще не видел, чтобы женщина вела себя так, как Тереза.

– Прими мои горячие извинения, - произнес Уильям. - Охрана дорог - моя прямая обязанность. Боюсь, я не справился.

– Ах, ты - само воплощение совестливости и порядочности, дорогой. Но не кори себя. Ты ведь лорд, а не охотник за бандитами. Никто не ожидает от хозяина одного из крупнейших поместий в этих краях, что он будет лично скакать по дорогам в поисках разбойников.

– И все же…

– Хотя мне очень интересно, где же ты был прошлой ночью. А впрочем, не обращай внимания, - Тереза рассмеялась и беззаботно махнула рукой. - Не надо ничего объяснять. Мужчины на всю жизнь остаются мальчишками, и если причина твоего отсутствия не слишком благородна, я ничего не хочу об этом знать.

Уильям оторопел. Она только что обвинила его в том, что он бесполезный пшют, неспособный обеспечить безопасность собственных владений, и к тому же выдала ему разрешение вести себя непорядочно. И как она посмела предположить такое?

– Я дворянин, - сухо произнес Уильям.

– Знаю, знаю, дорогой, - улыбнулась в ответ Тереза.

И только тут до Уильяма дошло, как высокомерно и помпезно прозвучало его заявление. Будь перед ним Саманта, она наверняка бы пренебрежительно фыркнула. Но Тереза столь усиленно льстила его самолюбию, что Уильям задумался вновь: кем же считает его эта женщина? Пугливым, неуверенным в себе человеком, которого необходимо постоянно подбадривать с помощью лести?

Ну да. Разумеется. Тереза думала так обо всех мужчинах, поэтому она щедро осыпала их лестью, чтобы добиться своего, и притворялась слабее, чем была на самом деле. Он ведь знал это и раньше, и это вовсе не казалось ему чем-то странным. Но теперь, когда Уильям успел пообщаться несколько дней с откровенной и прямолинейной мисс Прендрегаст, лицемерие Терезы казалось ему почти что аморальным.

– Но что с тобой, дорогой? Ты выглядишь как-то странно, - Тереза пристально вглядывалась в его лицо.

Уильям усилием воли отогнал от себя действительно очень странные мысли, крутившиеся в его голове.

– Все твои новости. Я потрясен.

А может быть, дело было в весьма удачном «ограблении» Свирепого Пашеньки в хоксмутской гостинице. Граф Гаев оказался нелегкой добычей. Он держал Эвана на мушке, пока Уильям не обрушился на него сзади. Но пистолет успел выстрелить, и пуля слегка оцарапала руку Дункану.

Бедняга Дункан. Прошедшую ночь он запомнит надолго!

Все вместе они связали Пашеньку и забрали у него множество ценных вещей, в том числе деньги и письма, зашитые в подкладку его дорожного сюртука. Сейчас эти письма на пути к Трокмортону, а граф Гаев, которому хозяин гостиницы наверняка уже помог освободиться от пут, - на пути в Мейтланд. Что ж, пусть прячется там до приезда лорда и леди Фезерстоунбо.

Уильяму не нужна была снисходительная жалость Терезы. Близился момент, когда он отомстит наконец за смерть Мэри.

– Итак, мы устраиваем прием, - оглядев огромный холл, Тереза словно невзначай прижала его руку к своей груди с такой откровенностью, что Уильям предпочел считать, будто она и вправду не понимает или не замечает, что делает.