- Займись своим делом, лейтенант. Займись делом и думай о своих бойцах. Как уйти Ан Шиаю, знает только Ан Шиай…

    Глава 20

    Адмирал Вальдес

    Пробудившись в своей каюте на борту флагманского крейсера, адмирал Сергей Вальдес лежал неподвижно, вслушиваясь в тихое дыхание спавшей рядом жены. Ее лицо рисовалось бледным овалом на подушке, веки подрагивали, и на губах блуждала чуть заметная улыбка - видно, сон к ней пришел счастливый.

    Но что заставило его проснуться?

    Он бросил взгляд на таймер - три двадцать ночи… Затем посмотрел на пульт с экранами и приборами, светившимися россыпью зеленых огоньков. Ничего тревожного… Ночная вахта бдит, и никаких сигналов от нее и от корабельного компьютера не поступало. Все системы крейсера в порядке, как и на прочих кораблях флотилии… Нет срочных сообщений от штаба Флота или с Новой Эллады, и утренние рапорты от капитанов поступят только в шесть ноль-ноль.

    Зеленые огни сияли неярким ровным светом, на экранах - ни единого глифа, и только табло с указанием текущих координат подмигивало Вальдесу, ежесекундно меняя показания. Астероидный рой Бальдр кружился вокруг светила, увлекая с собой корабли флотилии, их экипажи и базовый комплекс с казармами, складами, доками и арсеналами. Никаких поводов для беспокойства… Ровно никаких.

    Однако он проснулся. Значит, тому была причина… Вальдес доверял своей интуиции.

    Он закрыл глаза и прислушался. Корабельные системы работали бесшумно, но мертвая тишина плохо влияла на спящих людей, порождая в лучшем случае бессознательную тревогу, а в худшем - ночные кошмары. Человек не создан для безмолвия, царящего в Великой Пустоте, и потому перед сном включались источники звуков, достаточно разнообразных и привычных. Кто-то лучше спал под тихую мелодию, кому-то были приятнее рокот волн, или шелест травы, или отдаленный гул большого города, или посвист ветра в древесных кронах. Вальдес и его жена включали собственную запись, сделанную на Тхаре. То была песня родного дома - негромкий скрип половиц, едва различимые шорохи и треск углей в камине, тонкий перезвон посуды и детские голоса. Маленькая Ксения посапывала во сне, ворочалась и иногда смеялась; Марк любил читать по ночам, и из его комнаты доносились…

    Марк! Конечно, Марк! Сын вставал, чтобы взять новую книгу, и тогда слышались его тихие осторожные шаги. Шлеп-шлеп-шлеп… Обычно он вылезал из постели босиком, не утруждаясь сунуть ноги в тапочки.

    «Это ли меня разбудило?..» - подумал Вальдес. Звуки, такие знакомые, определенно были, как и все остальное, сохраненное в записи; сейчас он слышал, как щелкают горящие поленья и как бренчит кухонный автомат, заваривая кло. Но прежде эти домашние мелодии лишь навевали крепкий сон…

    Не звук разбудил его, а мысль о Марке, внезапно догадался адмирал. Мысль, перешедшая в тревожное предчувствие… Там, на Тхаре, что-то случилось, и сын нуждался в его помощи.

    Сильно и резко ударило сердце. Ментальная нить, связавшая его с Марком на краткое мгновение, уже исчезла, но Вальдес не сомневался в смысле и сути пришедшего сигнала. Он был достаточно опытен, чтобы уловить ощущение беды или, скорее, надвигающегося несчастья, и он понимал, что это касается не только дочери и сына, но и множества других людей - может быть, всех, кто еще оставался на Тхаре.

    Он поднялся и, двигаясь осторожно, чтобы не разбудить жену, натянул комбинезон и покинул каюту. Коридор палубы «А» встретил его пустотой и тишиной; здесь не пели ветры, травы и волны и не звучали домашние мелодии. Стараясь не ускорять шагов, он миновал жилые отсеки, адмиральский салон, зал совещаний, пункт связи и другие служебные помещения.