– Я рассчитывал на это, – кивнул Райан. – Без тебя нам никак не справиться.

Меня пронзило острое чувство дежавю. Я уже слышала эти слова, уже помогала детективу найти убийцу-менталиста.

Ощутив прилив паники, я потянулась, чтобы пощупать Райана. Он явно ожидал от меня всего, но не этого, потому что поперхнулся кофе и удивленно посмотрел.

– Хотела убедиться, что ты настоящий.

Хантер рассмеялся, хотя, на мой взгляд, в этом не было ничего смешного.

– Он настоящий, Ким. Все хорошо.

Какое у нас разное понимание слова «хорошо».

– Что от меня требуется?

– Информация в первую очередь. Все, что ты помнишь о том времени, когда Конрад…

Он осекся и явно смутился.

– Ставил на мне эксперименты. Не бойся. Я в порядке.

– Мне нужно все: места, люди, какие-то, может быть, обрывки разговоров. Нужно найти место, где Конрад прячется. И где держит жертв.

Я не стала спрашивать, что Райан и остальные будут делать, когда найдут бессмертного ментального мага. В управлении должны быть менталисты, которые справятся с ним. Но дальше…

– Что будет, когда его поймают?

Хантер подарил мне взгляд, полный подозрения, и пришлось пояснить:

– Нет, я не собираюсь жалеть бедного папочку. Я имею в виду – о Конраде ведь узнают. О бессмертии. И этот секрет не задвинут в дальний угол. Они будут его изучать, и рано или поздно кто-то пройдет тем же путем. Сколько еще безумцев породит этот секрет?

Райан и Хантер переглянулись, словно не могли решить, стоит ли мне доверять.

– Мы не собираемся никому рассказывать. Детективы, что охраняют дом, считают, что за тобой охотится «Дора Заката», – сказал Райан. – Когда мы поймаем Конрада, то…

Он умолк.

– Ну?

– Лишим его магии. И сделаем так, чтобы он не смог никому навредить.

По коже прошелся мороз. Я не стала спрашивать, что Райан имел в виду, но единственным местом, откуда отец не смог бы выбраться, была могила.

То, что я не испытала сочувствия, должно было меня напугать?

– И вы думаете, он использует какое-то место из прошлого? Он же не идиот!

– Он ослаб. Болен. Напуган. Поверь, Ким, то, что ему грозит, хуже смерти. В таком состоянии люди не строят гениальные планы. Он создал лабораторию там, где он хозяин. Мы просматриваем все имущество Кордеро.

Я покачала головой.

– Если папа что-то хотел скрыть, он скрывал. О некоторых его домах никто не знает. Через один из них я пробралась в Кордеро-холл. Он не стал бы прятаться в доме, о котором знает Герберт или Кортни. И у него было время все устроить.

– Герберт поднял документы тех лет, но не нашел никаких подозрительных сделок.

– Поэтому мы думаем, что ты можешь что-то вспомнить, – сказал Хантер.

– Ладно. – Я глубоко вздохнула. – У него была лаборатория в старом доме, неподалеку от Кордеро-холла. В основном он работал там. Дома соединены подземным ходом, старым, но рабочим. Так мы ускользали от всех, оставаясь незамеченными. И в то же время в любой момент могли вернуться. Но там никого, я проверяла.

– Еще какие-нибудь места?

– Маяк. Иногда мы ходили к маяку. Не для экспериментов. Просто, когда мне было очень плохо после ритуалов, папа водил меня туда – и почему-то становилось легче.

Райан стыдливо отвел глаза. Хантер успокаивающе погладил меня по руке. По телу разлилось приятное тепло, и я с трудом улыбнулась.

– На маяке тоже никого, это мы с детективом Ренсомом выяснили.