— Неплохо, — подвел итог Воронцов. — Ты моя маленькая артиллерийская батарея.

— Ага, — счастливо заявила боярышня. — Не ожидала, что у меня столько энергии скопится, ведь ты меня улучшать, как Беляша, не мог, хотя я думала, после привязки у тебя должна была появиться моя ветка умений. Но этого не произошло. А ведь у того гада, что меня в этот перстень засадил, имеясь, он даже поднял кое-какие защитные умения, чтобы я его лучше охраняла.

— Может, потому, что ты была привязана к нему и была для него полноценным прислужником?

— Возможно, — согласилась Юлия. — Ладно, пошли отсюда. Надо в дорогу собираться. Нам почти пять с половиной дней до Тверда, лететь будет время поговорить.

Константин на это только хмыкнул.

— Нищему собраться — только подпоясаться. Да и тебе, боярышня, не стоит лишние вещи с собой брать. Походную одежду мы тебе прикупили, что-то одно парадное, вдруг понадобится, ну и оружие.

— Вечно ты так, — притворно обиделась Юлия. — Я хотела с собой большой гардероб взять и, конечно, служанку свою, Варию. Как я без нее одеваться буду?

— Служанку точно нет. А переодеться я помогу, — поддержал ее игру Константин.

— Нет уж, Ваша светлость, так не пойдет, — шагая по дорожке к усадьбе и держа Воронцова под руку, заявила боярышня. — Раздевать у вас хорошо получается, а вот одевать — уметь надо. К тому же, мы тогда будем везде опаздывать, вы, как ко мне прикасаетесь, я голову теряю.

— Уговорила, не буду я тебя одевать, — рассмеялся Константин. — Но это только ради пунктуальности, не люблю опаздывать.

Так, перешучиваясь, они вошли в усадьбу. После быстрого, но страстного поцелуя, Юлия убежала собирать вещи, получив напоследок наставление — не больше двух сумок.Константин тоже отправился паковать вещи. Радим еще днем отбыл к леткору, готовить его к вылету, но был немного грустным, Анну Николай Олегович отказался отпускать в этот замес. Вот выполнит граф условие, сыграет свадьбу, и тогда ответственность полностью ляжет на него, а пока невеста будет ожидать его возвращения в отчем доме.

Появление в дверях спальни Дрозда застало Воронцова за запихиванием в сумку парадного расшитого кафтана, который, кроме как в вотчинах, ему носить негде, но положение обязывает, хотя была мысль его, оставить висеть в шкафу, но ведь новый придется покупать. А зачем лишние траты, если этот в сумку влезет? Константин посмотрел на новый сюртук, старый, пробитый пулей, он просто швырнул в мусор. Обновка зачарована гораздо качественней, и не просто порошком, а сферой, так что это был фактически сильный артефакт, и выглядела лучше. Правда, и цена сильно выше — в две сотни золотых покупка встала. Но если бы на нем был он, то, возможно, пулеметная пуля, лишившая его руки в стычке на дороге, и не смогла бы пробить защиту.

— Ваше сиятельство, — поклонился Дрозд, — в приемной зале его сиятельство боярин Николай Олегович и наследник — Михаил Николаевич. Просят о встрече.

— Скажи им, две минуты обождать, — попросил Воронцов и, вздохнув, принялся застегивать распахнутую до пупа блузу.

В принципе, он знал, о чем разговор пойдет, не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что они пришли попросить оберегать Юлию.