Константин, неторопливо идущий замыкающим, задумался. В принципе, ведун прав, но что-то в этой схеме ему не нравилось. Не нравилось очень сильно. Если здесь, да еще и на земле, захватят леткор, среди капитанов пройдет слух, а от Радима он уже кое-что узнал об этой братии. Капитаны могли конкурировать, враждовать, но атака на одного — это угроза всем, и они за подобное наказывали. Однажды они зажигательными бомбами смели небольшой поселок в диких землях, где убили одного из них и разграбили его леткор. А еще Константина беспокоил второй леткор, приземлившийся следом. И явился он тоже с севера.

— Нельзя лететь, — твердо заявил он, взвесив все «за» и «против». — На месте бандитов я бы вынудил нас сделать именно это — заставить улететь ночью, и попробовать перехватить в воздухе, такие нападения не редкость, Радим подтвердит. Мы ничего серьезного не нарушили, бежать нет нужды, разве что штраф в пару золотых кун стрясут с нас. Но вот задержать не посмеют. 

— Верно, — согласился граф. — Не будем торопиться, но спать, сегодня не придется.

Впереди показалась «Прекрасная Анна», окруженная мобильными светцами, предоставленными поселением. Рядом стояла местная охрана при пулемете, что тоже входило в услуги стоянки.

— Быстро ты, граф, сегодня, — крикнул один из них.

— Да Витор напился, — используя прежнюю легенду, крикнул в ответ капитан.

В подтверждение первый помощник встрепенулся и снова затянул свою тоскливую песню под гогот сторожей.

— Что-то вы рано, — заметил Дрозд, открывая дверь и спуская лесенку. — Что с Витором?

— Пьян, — коротко ответил Радим, давая понять, что сейчас разговор не к месту.

Наемник понятливо кивнул.

— Помочь?

— Сами справимся, — отозвался капитан, и они вдвоем с ведуном втащили пострадавшего внутрь леткора.

— Мал, займись им, — приказал Воронцов, закрывая дверь.

— Сделаем, Чужак, — ответил байстрюк боярина Рысева. — Через полчаса будет бодр и весел.

Вскоре собрались в кают-компании — Мал, Юлия, которая теперь отзывалась на Искру, Константин — Чужак и Радим.

Воронцов сидел, крутя в руках стакан с виски, последняя бутылка пошла в ход, но на это пойло, кроме него, никто не претендовал. Радим вообще пил взвар, боярышня крутила в руках самую настоящую «Кровавую мери», которую соорудил для нее Воронцов, Мал же просто курил.

— У кого какие соображения? — наконец, спросил Воронцов после затянувшейся паузы.

— А нет никаких соображений. Ты стольким людям поперек горла встал, что даже гадать бесполезно, кому ты понадобился, — задумчиво произнес Мал.

— Согласна, — поддержала телохранителя Искра. — Но я делаю ставку на местных. А вот команда к ним пришла не отсюда, иначе бы они знали тебя в лицо. И только после того, как их человек убедился, что ты тот самый, ушел.

— Похоже на правду, — согласился Радим. — Вот только непонятно, что дальше? Ты прав, на земле они атаковать не будут, выходит что?

— Выходит, попытаются атаковать в воздухе, — подвел итог Воронцов. — Думаю, леткор, который приземлился следом, попытается нас захватить.

— Возможно, — произнес Мал. — Они тащились за нами. Если знают маршрут, взлетят раньше и будут поджидать. Думается мне, у них есть возможность нас как-то отследить. Их леткор, хоть и потасканный, и выглядит не ахти, но крупнее нашего. Он явно пассажирский, или был таковым раньше, людей там может быть до двух десятков, а то и три. Я спросил Дрозда, тот сказал, что видел, как оттуда сошли двое, больше никого не заметил. Но те ли это, из корчмы, он сказать не мог, просто не видел лиц.