— Он это так не назвал. — Его тон был сухим. — Сказал, что это было добросовестное предложение относительно нашего будущего бизнеса.

— Не могу сказать, что рекомендовал бы хоть какой-то будущий бизнес с Эдриеном Ридом, — сказал Этан.

— Не могу сказать, что я с тобой не согласен. Предложение было с его стороны, но конечно же, сформулировано с осторожностью. — Разговор о бизнесе, казалось, вернул краски на лицо моего отца, его самообладание. — Но он сказал, что это погасит долг вампиров Наварры, и хотел оформить документы соответствующим образом.

— Спасибо, — проговорил Морган. — Боже мой, этого слова крайне недостаточно, но это все, что приходит мне в голову. Спасибо.

Мой отец кивнул.

— Какой убыток понесет «Мерит Пропертис»? — спросил Этан.

— Тауэрлайн был… существенным капиталовложением. Это ощутимый убыток. Мы сможем восполнить, но не в этом году.

Я все еще была в замешательстве, все еще пыталась примириться с жертвой, которую принес мой отец, с тем фактом, что он просто-напросто вручил свое любимое детище для того, чтобы меня, нас, обезопасить. И это еще не все.

— Не могу поверить, что Рид вот так просто сдался, — сказала я. — Не потому, что проект того не стоит, — как-никак это были небоскребы в Чикаго, — а потому, что он отступился от Дома Наварры. Рид относится к тому типу людей, которые хотят высасывать деньги как можно дольше. Или, в данном случае, заниматься вымогательством и акульим промыслом.

— Он осторожный, — сказал мой отец и посмотрел на Этана. — Он что-то говорил о незаконченной игре. Может, с Наваррой он и закончил. Но я подозреваю, что он не закончил с вампирами. И я был бы очень-очень осторожен с тем, в чем заинтересован Эдриен Рид.

Этан посмотрел на меня.

«Введение в должность».

«Его связь с Бальтазаром», — согласилась я. — «Он не отступился от Дома Наварры из-за какого-то внезапного великодушия. Он закончил первый раунд своей игры — Наварры — для того, чтобы сосредоточиться на втором. Которым будет Дом Кадогана».

Но кое-что беспокоило меня, и я поглядела на отца.

— Вечеринка в доме Рида. Увидев нас, он был удивлен — не ожидал нас там увидеть. Он нас не приглашал?

— За пару дней до нее он говорил, что хочет с вами встретиться, хотя не имел в виду конкретно вечеринку. — Его лицо помрачнело от очевидного раздражения. — Он позаботился о том, чтобы напомнить мне об этом.

Этан кивнул.

— Он знал, что вампиры Наварры попытаются убрать Кинга. Он хотел получить место в переднем ряду, но не хотел, чтобы мы в это вмешивались. А это именно то, что мы и сделали.

Мой отец кивнул, и я запоздало поняла, каким усталым он выглядел. Его щеки вытянулись, а под глазами залегли тени.

— Хочешь, чтобы мы позвонили дедушке? Он может заехать за тобой. Отвезти домой.

— Нет. Ты должна рассказать ему, что узнала, и что долг Наварры погашен. Но не говори обо мне и Тауэрлайне.

Мои глаза расширились.

— Не говорить о тебе… ты свидетель. Ты видел, как Магуайр заходит в дом. Мы не можем умолчать о тебе.

— Но я не видел, — сказал мой отец. — Не совсем это. Как и сказал Рид, я видел, как ему отказали войти в дом. И я хочу, чтобы никто не знал о Тауэрлайне. Наш бизнес войдет в прежнее русло, но огласка о причине этой передачи этому не поспособствуют. Я обещал ему, что огласки не будет. Это было частью нашей сделки.

— И ты веришь, что он сдержит свое слово? — спросил Этан.