— Везде, — ответила Анна. — Он всем нравится, но не все в этом признаются. — Ну ладно, давай показывай, что привез?

— Все то же. Красочка, малярные кисточки, валики. Последний заезд, больше не будет. — Он принялся разгружать машину. — Значит, так. Если понадоблюсь, я в маяке, — сказал он Анне и снова запел: — «Началась моя работа, можете пойти со мной…»

Анна засмеялась ему вслед.

Кабинет информатики был уже пуст. Шон сел за компьютер, вышел на почтовый сервер, ввел свое имя и пароль, открыл почтовый ящик. В нем находилось только одно сообщение. Шон открыл его, прямоугольник для текста был пуст, щелкнул мышкой на приложенном файле, и перед ним развернулся снимок маяка, выполненный Бренданом — фотографом, приглашенным матерью. В свете факелов казалось, будто вся трава вокруг маяка полыхает огнем. Шон хмыкнул, закрыл сервер, выключил компьютер и, подхватив с пола рюкзак, вышел из кабинета. Когда он вернулся домой, злость в нем еще не утихла.

— Как вы тут еще можете жить — понятия не имею! — крикнул он выходящей из кухни матери и отправился к себе наверх.

— Не собираюсь снова начинать тот же разговор, — ответила она. — Я тоже устала и к тому же еще должна работать. Понимаю, тебе приходится тяжело…

— Так зачем ты мне постоянно в лицо этим тычешь?! — крикнул он сверху.

Анна подошла к лестнице, удивленно спросила:

— Шон, о чем ты говоришь?

— О фотографии. Которая лежит у меня в почтовом ящике.

— О какой фотографии? — Анна начала подниматься по ступенькам.

— О той гребаной фотографии, что вы подсунули мне в ящик.

— Шон! Не смей говорить такие слова! Уважай родителей. Лучше скажи, что это за фотография.

— Сегодня я получил на свой электронный почтовый ящик один снимок. Твой Брендан его делал, когда приезжал сюда. Это ты мне его прислала.

Хлопнула входная дверь, появился Джо. Руки у него тряслись, лицо было багровым. Он прошел на кухню, положил мобильный телефон на стол.

— Я был у Фрэнка Дигана, — бросил он Анне и позвал сына: — Шон, ты сегодня разговаривал с Ричи?

— Да, ну и что?

— Ты говорил Ричи, что не ссорился с Кэти в тот вечер? Говорил? Так вот у них есть свидетель, который утверждает, что ссора между вами была.

Шон спустился на кухню.

— О чем ты говоришь? — спросил он отца.

— О том, что ты разговаривал с Ричи и под предупреждением отрицал, что поссорился с Кэти.

— Я не говорил, что мы ссорились.

— Не говорил. Но Ричи считает, что ты ему соврал. Он записал твои показания.

— А что такое «под предупреждением»? Что-то типа «все сказанное вами может быть использовано против вас»?

— Да, ирландский вариант.

— Ну тогда он сам врет. Ни о чем он меня не предупреждал. Клянусь тебе. — Он посмотрел в глаза Джо. — Никаких предупреждений не было. Мы просто стояли и беседовали.

— Черт подери! Он обвел меня вокруг пальца как мальчишку…

— О чем ты? — спросил Шон.

— Так… Давай съездим в участок. Переговорим с ними, выясним все раз и навсегда. Мне это уже порядком надоело. Шон, я хочу знать, что там произошло у вас с Кэти. Собирайся, поехали!

Рэй вышел из дома через черный ход с большим целлофановым мешком мусора в руках. Закрыв дверь и взвалив мешок на плечо, направился к ряду мусорных баков. Одной рукой удерживая мешок, другой он откинул с крайнего бака крышку, бросил в него мешок и сразу же услышал за спиной знакомый голос:

— Твою мать, кого я вижу! Это же наш красавчик Рэй.