Еще бы Шон не знал этого бритоголового!

— Да, мы с ним в одном классе учимся. — Он кивнул. Настроение у него было испорчено.

Пока инспектор стучал клавишами, перелистывая документы, внутри у Джо все заныло. Он слышал его сопение в трубке, уловил тихий стук фарфора — наверное, инспектор одновременно пил кофе, — затем снова послышался его голос:

— Вот, послушайте. Роулинз Вильям, умер в тюрьме в тысяча девятьсот девяносто втором году. Так что в датах вы ошиблись. Не мог он отправиться на отсидку в девяносто пятом. Срок получил за убийство Рейчел Уэйд, в восемьдесят девятом. Примерно в то же время, когда мы ловили Кровавого Лесника. Сначала думали, что Роулинз и есть Лесник, но пришить ему убийства не смогли. Жуткие, надо сказать, преступления. Насиловал и резал средь бела дня, в лесу.

— Я спрашивал о Дюке Роулинзе, — поправил инспектора Джо.

— Все правильно. Его зовут Вильям-Дюк Роулинз.

— И сколько ему было лет, когда он умер?

— Минутку, сейчас посмотрю. Пятьдесят четыре, — ответил Хенсон.

— Тогда это другой человек. Тот Роулинз, о котором я вас спрашиваю, намного моложе. Посмотрите, нет ли у вас такого?

— Не думаю. Ладно, проверю сейчас. Трубку подержать можете?

— Да, конечно, — сказал Джо. Пока Хенсон разбирался со своей документацией, сердце у него стучало так, что, казалось, сейчас разорвется.

— А вы правы, — раздался радостный голос инспектора. — Есть у нас такой. Дюк Роулинз, родился двенадцатого февраля шестьдесят восьмого года. Сел в девяносто пятом, порезал на парковке незнакомого мужчину. Отбывал наказание в городе Илай, в штате Невада. Вы оказались правы. Прошу извинить. Никак не могу отладить файловую систему.

— Бывает, — хрипло произнес Джо, сдерживая волнение. — Ничего более существенного за этим Роулинзом не числится? Похищение с целью выкупа? Может быть, попытка убийства?

— Нет. Вы думаете, он в чем-нибудь подобном замешан?

— Пока не знаю, но возможно, и замешан. Спасибо за помощь, инспектор. Да, кстати, вы не могли бы отправить мне его фотографию по факсу? Можете? Отлично, записывайте номер.

Джон Миллер, потрепанный, ссутулившийся, примостился в углу супермаркета, листая толстый автомобильный журнал. Увидев Анну, он жалко улыбнулся.

— Вот, автомобиль выбираю, — пошутил он. — Хотя у меня и прав-то водительских нет.

Анна протиснулась между ним и стойкой. Он гыкнул.

— Возьми себя в руки, Джон. Совсем опустился. Посмотри, как ты себя ведешь. То извиняешься, то кривляешься. Что ты сказал Джо? В баре?

— Э-э, постой, сейчас припомню. — Он притворно наморщил лоб.

— Вот-вот. Все, не желаю с тобой разговаривать.

— Постой. — Джон попытался ухватить ее за сумку, но Анна оттолкнула его руку.

— Не трогай меня! — зашипела она.

— Раньше ты разговаривала со мной иначе.

— Забудь, как я разговаривала с тобой раньше! — взорвалась Анна. — В кого ты превратился? Был нормальным парнем, а кем стал? Грязным забулдыгой. До чего дошел, жену начал бить. Ублюдок! — выкрикнула Анна, но потом вспомнила, что она в магазине, и заговорила тише: — Твоя мать мне все про тебя рассказала.

В глазах Джона мелькнуло некое подобие здравого рассудка.

— Я и пальцем не трогал свою жену, — ответил он дрожащим, но спокойным голосом. Помолчав, он вздохнул, а потом продолжил: — Моя мать говорила о себе.