— Я же говорил тебе. Воронов — это не просто маг. Он нечто иное и с ним обычные методы не пройдут.

Он наклонился ближе к камере, и глаза его загорелись ярче.

— Тебе не нужно атаковать Воронова напрямую. Тебе нужен человек, который знает, как работает «Эдем» изнутри. Только так ты сможешь получить его технологии, знания, а потом вырезать эту опухоль.

Соколов нахмурился.

— Кого ты имеешь ввиду?

Тарханов усмехнулся.

— Пока ты следил за этими идиотами, я не сидел сложа руки. Нам нужна Алина Романова. Она не просто технический директор, а единственный человек, которому Воронов доверяет свои секреты. Она знает архитектуру «Эдема» и как работают магические устройства. Романова — мозг всей этой машины.

Он сделал паузу.

— Заберём её — получим не один образец технологии, а всю систему с документацией и чертежами. Воронов потеряет ключ к своей империи.

Соколов слушал, и в голове начали складываться детали плана, который Тарханов набросал общими мазками. Это было рискованно, но эффективно. Один точный удар вместо долгой войны на истощение.

— Она почти не выходит из «Эдема», — сказал Соколов.

Тарханов покачал головой.

— Она выходит. Не часто, но выходит. У неё есть семья: родители и брат. Они живут в пригороде столицы и она навещает их раз в месяц. Люди — существа привычек, Соколов. Даже умные.

Он свайпнул что-то на своём планшете, и Соколову на экран пришёл файл. Соколов открыл его — фотографии, графики перемещений, временные метки. Всё было там, расписано по минутам.

— Ты следил за ней? — спросил Соколов.

— Я следил за всеми, кто был рядом с Вороновым, — ответил Тарханов просто. — Это моя работа. Или была, пока меня не списали после провала «Зеркала».

В его голосе прозвучала горечь, но он быстро её подавил и продолжил:

— У меня есть люди — спецгруппа, которую я готовил для таких операций. Они не привязаны к ФСМБ официально. Идеальный инструмент для грязной работы.

Соколов смотрел на экран, на фотографии Алины Романовой — молодая женщина в строгом костюме, с собранными волосами, с умным, сосредоточенным лицом. Она выходила из дома родителей, садилась в машину, уезжала обратно в «Эдем». Простая, предсказуемая рутина.

Слабое звено. У каждого есть слабое звено.

— Сколько времени нужно? — спросил Соколов.

Тарханов усмехнулся.

— Две недели на подготовку: разведка маршрута, отработка захвата, подготовка точки удержания. Потом — один день на исполнение.

Соколов медленно кивнул.

— Готовь свой отряд, — сказал он. — Сделаем это на благо Империи.

Тарханов кивнул, и в глазах вспыхнул огонь, которого не было уже давно — огонь человека, который получил второй шанс доказать свою ценность.

— Понял. Начинаем охоту.