Павлов вздрогнул и из-за приступа паники попытался перекусить трубку, но ему помешал созданный мной валик для зубов.

— Спокойно, Владимир, сейчас я эту тварь достану, — уверил его я, а затем резким рывком продвинул трубку вглубь и вцепился щипцами прямо в панцирь некротического существа. Его тело было скользким и удерживать паразита было трудно, но я нашёл идеальную позицию для сцепки — пространство между двумя сегментами его тела. Там щипцы вгрызлись в мягкую плоть, не защищённую хитином, и я принялся быстро доставать паразита из организма Павлова.

— Держите его! — воскликнул я, когда Павлов начал дёргаться. — И глаза ему закройте. Не надо, чтобы он это видел.

Синицын и Сеченов прижали конечности Владимира Павлова к дивану, а Кораблёв положил сморщенные ладони на лицо пациента.

Я решил немного нарушить правила эндоскопии, а потому принялся тянуть паразита быстрее, чем следует. Разумеется, из-за этого царапалась слизистая, и Павлов чувствовал боль и сильный дискомфорт в пищеварительном тракте.

Но лучше уж так, чем позволить этой хреновине сбежать.

Да… Никогда бы не подумал, что созданный мной аппарат будет использован для извлечения многоножки из чьего-то желудка.

Наконец операция подошла к концу. Я выдернул эту тварь изо рта Павлова. Однако двадцатисантиметровый паразит приготовил для нас сюрприз. Как только он оказался снаружи, мы с Сеченовым резко почувствовали слабость. В него автоматически устремилась наша магия.

Многоножка, воспользовавшись нашим промедлением, вырвалась из щипцов и упала на пол.

— Во имя Грифона! — закричал Кораблёв. — Она убегает!

Я резко перевёл взгляд в другой конец комнаты и отдал приказ ещё одному нашему союзнику:

— Ты знаешь, что нужно делать!

Коллеги посмотрели на меня, как на безумца, поскольку они не знали, кто всё это время скрывался в тени гостиной. Скрыться под полом многоножка не успела, поскольку её успел схватить выскочивший из-под досок домовой Доброхот.

— Попалась, сука! — проорал он, чем заставил лекарей оторопеть от удивления. — Никаких ползучих тварей в моём доме! Кстати, про ползучих тварей… Токс! Тащи сюда свою задницу!

Однако Токс уже был рядом. Клещ выпрыгнул из-под обеденного стола, схватил паразита и с громким хрустом перекусил его пополам. Уже через секунду некротическое существо оказалось съеденным подобным ему созданием.

Кораблёв был в таком шоке, что уже давно забыл о том, что Павлову, вообще-то, стоит прикрывать глаза.

Владимир же прокашлялся, вытер слюни рукавом, а затем прокряхтел:

— Мечников, что у тебя здесь вообще происходит? Даже в убежище некроманта не было столько монстров.

— Монстров? — хмыкнул Доброхот. — На себя бы посмотрел! Выглядишь, как мертвец ходячий. Мне ещё после тебя диван оттирать. Всё залил своей кровищей!

Всё сработало даже лучше, чем я планировал. Токс обладает примерно такими же способностями, как этот паразит. А это означает, что, переварив его, он получит в резерв всю энергию, которую эта тварь успела из нас высосать.

Клещ улёгся на диван, чтобы поскорее усвоить «обед». Мы же ещё несколько минут сидели молча, пытаясь переварить всё, что произошло за последние несколько часов.

После я начал рассказывать соратникам о личности некроманта и его планах на Хопёрский район.

— Если он перешёл к столь решительным действиям, значит, он уже готов провести этот ритуал, — заключил Кораблёв.

— Так вы не в курсе? — спросил нас Павлов, закончив залечивать свои раны. — Скорее всего, он уже в эту полночь сделает то, к чему так долго стремился.