— Спасибо, — кивнул я, забирая бутер. — Я не просто смотрю, я запоминаю, разбираюсь, впитываю. Мне надо представить каждую деталь, каждый винтик этой конструкции, прочувствовать всё до последней заклёпки. Тогда я смогу… ладно, не суть.

— Ты сможешь, — кивнула она. — Это я давно поняла.

Усмехнувшись, я вернулся к чертежам.

«Ярик, смотри, вот эти детали — это тот металл, который я тебе показывал».

«Рисунок мелкий, а скелет большой… Я понял. Его нарисовали маленьким, чтобы ему хватило места!»

«О-о-о, ты понял концепцию масштаба! Отлично! Что ж, начнём, значит, с самых азов…»

На то, чтобы научить Ярозавра читать чертежи, у меня ушёл весь день и весь следующий день. Но, в конце концов, он всё понял, и дело пошло быстрее.

Инферняшки всё это время пропадали в разломах, закрывая мой норматив. А по вечерам я помогал девчонкам с трудностями перевода.

Обеденный стол утонул в исписанных бумажках.

Рада шарила в дирижаблях, Ариэль в картографии, Нага в языках, а я был хорош в том, чтобы следить за процессом и не давать девкам переругаться. Всё-таки разломная бригада — это одно. А вот офисный женский коллектив, каким бы сплочённым он ни был — это, как ни крути, филиал ада на земле.

Тем не менее, дело продвигалось.

Нага с горем пополам и моим деятельным участием перевела всю техническую документацию дирижабля на инфернский, и даже придумала на ходу несколько новых слов. Не все термины имели свои аналоги в другом мире, но Рада их осилила. Узнала всё, что нужно узнать. Поняла всё, что нужно понять. И самое главное, готова была объяснять нам.

Ариэль тем временем изучила наш шарик вдоль и поперёк. Сидела над картами воздушных течений, мониторила погоду за последние двадцать лет и тщательно выверяла маршрут. И вот тут мне пришлось с ней немножечко поспорить.

Изначально рогатая собиралась повести нас по кратчайшему пути. Полететь на северо-восток, через Канаду и Великие Озёра, миновать Гренландию и попасть на Евразийский материк через Норвегию. Звучит стройно, логично, умно, но…

— Смотри что получается, принцесса, — покачал я головой, глядя на линию на карте мира. — Перелёт через Атлантику — это риск, которого невозможно избежать. Ну вот хоть ты тресни, а между материками лежит океан, и его придётся перелетать, верно?

— Верно, — рогатая нахмурилась и начала грызть карандаш.

После дней в разломах и вечеров за бумагами, тонн новой информации и литров кофе мозги у неё явно скрипели, да и в целом девушка выглядела устало. Надо будет их немного подтянуть по энергетике, а то разломы ошибок не прощают.

— Но есть большая разница, — продолжил я. — где перелетать, верно?

— Верно.

— Потому что «что»?

— Что?

— Потому что дальность полёта нашего дирижабля с полными баками — всего полторы тысячи километров! Ваше высочество, выплюньте карандаш!

— Извини.

— Да ничего страшного, — подмигнул я. — Так вот, а где на обозначенном тобой пути есть заправки? В грёбаной Канаде, где на квадратный километр проживает три человека и пять гризли? Или, быть может, в Гренландии, где на тот же квадратный километр приходится четыре белых медведя?

— Н-да, — кивнула рогатая головёшка. — Насчёт этого я не подумала. Но подожди! В Атлантическом океане вообще нигде нет заправок! Хотя… вот смотри, если лететь из Ньюфаундленда через Гренландию, Исландию, Фарерские острова в Норвегию, то самый длинный перелёт — тысяча километров!

— Да, — согласился я, — но! Это в суровых северных широтах! И если там что-то случится, ремонтироваться нам будет негде.