— Артём, ты ведь не думаешь, что швы герметичны? — спросил у меня Ян.

— Думаю, что это не проблема. Я сейчас заберусь внутрь, а ты нагнетай воздух. Я позабочусь о герметичности.

— Как скажешь, — пожал бригадир плечами.

Дело было к вечеру, да и погода стояла пасмурная, так что за конфиденциальность я не переживал.

В дело пошли пауки. Паутина у них очень липкая и очень прочная.

«Пройдитесь по всему кокону, ищите, где воздух тянет, и заделывайте!» — приказал я.

Пауков я призывал небольших, но чтобы уже с паутиной. Небольших — это с кошку размером. Они разбежались по всему «кокону» — я использовал понятный им термин, — и активно принялись за дело. И если поначалу оболочка свистела многочисленными дырами, как ветер в горном ущелье, то уже через час свист исчез. А ещё через час выключился двигатель воздуходувки — оболочка перестала пропускать воздух.

Я выбрался через большой воздушный клапан, выпустив, конечно, часть воздуха.

— Ну как, держит? — спросил я Яна.

— Не знаю, что ты сделал, — покачал тот головой, — но держит пока. Надо бы давануть побольше давлением, чтобы проверить прочность швов.

Наполненная оболочка была громадной. Высота — под окна пятого этажа! Соединим с гондолой — и сравняется с крышей этого старого здания!

Ну а пока она просто лежала на земле, придавленная изнутри металлоломом из бывших конструкций, а сверху — тросами и растяжками.

Пришло время для настоящей магии, и посему свидетели мне не нужны.

— Ян, я пригласил знакомого мага металла, — начал я заливать в уши. — Подъедет — набери меня. Я пока отъеду по делам. Хотя он так-то знает, что делать.

— Как хоть его звать? — поинтересовался Ян.

— Да ты всё равно не знаешь, — отмахнулся я и сел в машину.

Теперь — в тени. В багажнике — половина запаса мифрила, и его надо перетаскать внутрь оболочки. И после этого отогнать машину.

Управился за десять минут. Машину бросил за полкилометра, а сам вернулся пешком, в тенях.

«Охотник, я всё понял, что должен сделать, поэтому сейчас просто смотри», — предложил Ярик.

«Давай, удиви меня!» — улыбнулся я.

Ярозавр не стал распутывать металлолом. Он просто сжал его до состояния монолитного кубика, а потом…

Во все стороны протянулись тонкие нити металла. По ним, как по кровеносным сосудам, потёк металл, утолщаясь там, где это нужно. Каркас оболочки разрастался, как ажурная паутина. Он подхватил бруски мифрила и распределил их по периметру контура соединения с гондолой. А металл из куба тёк дальше. Нити, пересекаясь, срастались, и вскоре всю внутреннюю поверхность оболочки покрыла ажурная сеть из дюралевых трубок.

«Про закладные помнишь?» — уточнил я.

«Всё помню, но если что-то забудем — добавим позже!»

Я уже еле держался — творение вытянуло из меня все силы, но то, что у нас с Яриком получилось, того стоило.

Ян позвонил наутро.

— Прости, я не уследил. Может, кто и приезжал, но я не видел.

— Да, у меня друг очень скромный, — я улыбнулся. — Он уже позвонил мне, что всё сделал, а беспокоить никого не стал.

И вот, последняя ночь перед отлётом. Понятное дело, что мне ещё предстоит вернуться к ацтекам, — и на этот раз они моему появлению не обрадуются, — однако всё равно какая-то грустинка в сердце поселилась.