И получается, что Чернов тоже враг. Монстр безрогий! Взял и увёл принцессу, которая была обещана другому! И не кому-нибудь, а сыну князя!

Нарена почувствовала, как внизу живот становится горячо. Сын князя… Она вспомнила его гордую осанку, мощные рога, уверенный взгляд. Как Ариэль могла предать такого? Вот такого!.. Это было просто немыслимо!

Но при всём при этом Ариэль и Чернов враги того, кто для Нарены куда страшнее. Ведь это они вытащили её из того кошмара, где творились такие вещи, о которых Нарена даже думать боялась. И вот это всё вместе…

Нарена чувствовала, что ей не хватает сил разобраться во всём этом. После всего пережитого за последний год, её измученный разум просто не справлялся. Может, другим повезло больше? Или они тоже молчат о своих кошмарах?

Она не знала.

Знала только, что в её голове сейчас творится что-то невообразимое. Как будто кто-то взял и перемешал всё, во что она верила. Ариэль предательница. Ариэль спасительница. Чернов — монстр безрогий. Чернов — герой, вытащивший Нарену из рабства. Нужно быть верной своему князю и его сыну… Нужно быть благодарной своим спасителям…

Может, стоит сходить в ту комнату с надписью «Лекарь души»? А то её собственная душа уже начинала искрить от творившегося в ней раздрая.

— Сложно, — прошептала Нарена, чувствуя, как к горлу подкатывает ком. То ли от злости, то ли от обиды, а то ли от бессилия что-то изменить. — Как же сложно…

* * *

Каким же приятным было моё пробуждение!

Свежо, тепло и сухо. Солнышко светит в окно… ну… в иллюминатор то бишь. Не хватало только певчих птичек, которые будто в мультике стянули бы с меня одеяло, а взамен принесли рубашку и зубную щётку.

Сам я свежий, здоровый и полный сил.

Да ещё и рядом, — будто бы никуда не уходила, — сопит сисястенькая прелесть с рожками. Это сколько же я, получается, проспал?

Вряд ли до утра.

Либо сутки и одну ночь, либо двое суток и одну ночь. Ну да ладно… это мне предстоит выяснить чуть позже, ну а пока я как будто бы случайно растолкал Ариэль.

— М-м-м?

Удивлённо сощурившись ото сна, — да, бывает и такое, — рогатая повернулась ко мне лицом, внимательно рассмотрела и улыбнулась.

— Доброе утро.

— Доброе, — ответил я и без лишних слов набросился на Ариэль. Как бы не хотелось мне сейчас есть, другая потребность взяла верх…

Ариэль умоляла не тащить её с собой и осталась досыпать. Ну а я в прекрасном расположении духа вышел из своей каюты и спустился на уровень ниже.

— Доброе утро! — тут же поздоровался со мной бегущий мимо матрос.

Улыбчивый такой, довольный. Кивнул ему.

— Доброе утро! — будто нараспев прощебетали мне две инферняшки на ацтекском, шурующие по коридору в другую сторону.

Им тоже кивнул.

Складывалось чёткое ощущение, что я сейчас нахожусь в каком-то мюзикле, и вот-вот начнётся заглавная тема про доброе утро. И все вокруг начнут танцевать, и петь, и всячески источать неуёмный оптимизм.

И, признаться, я бы в таком случае не отбился от коллектива.

— Гуд монин, гуд мо-о-о-онин, — насвистывая себе под нос я пошёл прямиком в столову. — Ту-ту, ту-ру-ту-ту…

Повара на линии раздачи соответствовали всем моим требованиям к людям на это утро. Такие же довольные и улыбчивые, как и все вокруг. И пухлые, что я особенно ценю в поварах.

Набрав себе целый поднос разной еды, я заметил, что традиционные блины-яичницы-омлеты пополнились несколькими инфернскими блюдами.